Отличия имел и рисунок. Напоминающие резьбу линии на поверхности артефакта, лежащего перед Хайланом, имели скруглённые углы, в то время как в справочниках письменность и орнаменты оказались достаточно угловатыми. Найдя аналоги, Солка подключил более специализированные кристаллы, и занялся сравнением. Сравнением описаний и толкований. Что могли означать разница в линиях, разница в весе? Главное для него было уловить закономерности. И прийти к сколько-нибудь однозначным выводам о методах использования. Если уж оно однозначно опознавалось, как хранилище информации, значит, был и способ эту информацию использовать.
Все источники сходились на том, что такие артефакты использовали для хранения информации. Именно в таком качестве их применяли сами Раката, судя по сохранившимся свидетельствам в виде отрывочных записей и рисунков. Одним из источников была картина неизвестного художника: лежащий на богато украшенном подносе овальный камень с резьбой, с конусом синеватого свечения, поднимающимся над ним. В свечении проступали неясные образы. Но все предшественники Солки утверждали, что способ считать информацию с такого носителя пока не найден. Артефакт не имел никаких технологических гнёзд, разъёмов, и не поддавался сканированию.
Если не было разъёмов и органов управления, значит, такие артефакты активировались другим способом. Отбросив пока версию о том, что информация читалась с внешних машин, как заведомо пессимистичный, альдераанец решил обновить свои знания о культуре ракатан. Об их отличии от других народов галактики. Возможно, какую-то зацепку можно было бы найти там.
Поиск и анализ информации — дело не быстрое, даже когда под рукой вполне достаточно нужных сведений. Прийти к какому-то определенному выводу Солка не успел: в дверь постучали. С явно написанным на лице недовольством альдераанец отвлёкся от своих мыслей, только-только за что-то зацепившись, встал и подошёл к двери. Глубоко вздохнув, чтобы сбросить раздражение, он распахнул проход в коридор.
В дверях стояла Лариус, протягивая ему бластер рукоятью вперёд.
— Прошу прощения, — в голосе звучало искреннее сожаление, что пришлось отрывать Хайлана от дела, — есть вероятность, что будет попытка захвата корабля.
Автоматически, Солка взял оружие в руки. После чего недоумённо захлопал глазами:
— Захвата корабля? На цивилизованной планете?
— У нас на борту что-то есть, — пояснила наёмница, отступая в коридор. — Достаточно ценное, чтобы не ждать, пока мы окажемся вне цивилизации. На Шер и Дэй уже напали.
— Чего и кого ждать? — уточнил Хайлан, проскальзывая мимо неё в коридор.
— Пока не знаю, думаю, Ник сообщит, — наёмница пристроилась рядом. — Я на турель, Ник с тобой — на прикрытие трюма. Больше им пролезть некуда, дополнительные шлюзы блокированы изнутри. Разве что будут резать обшивку, но это время. А действовать им надо быстро…
Она махнула ему в сторону трюма, сама побежала наверх, к рубке.
Солка и слова не успел сказать, как она уже убежала. А он, несмотря на всю любовь к экстриму, спонтанных действий не любил. Однако же, выбирать не приходилось. С такими мыслями альдераанец проверил пистолет, переключил его на всякий случай в оглушающий режим и, стараясь не шуметь, двинулся к трюму.
В трюме было тихо. Стояли штабелями контейнеры, судя по маркировке — медикаменты и продовольствие. Потом послышался неясный звук.
Корабль был закрыт. Повреждений обшивки тоже на наблюдалось. Так что, с наибольшей вероятностью, звук должен был принадлежать тому самому Нику.
— Эй, Ник, — громко прошептал Хайлан, на всякий случай, скрывшись за углом ближайшего ящика.
— Да? — отозвался от внутренней двери мужской голос. Штурман стоял в дверях и словно принюхивался к чему-то. В следующее мгновение он оказался за соседним контейнером.
Звук повторился.
— Это не ты… — шёпот Хайлана стал намного тише.
— Не я, — согласился штурман, переводя бластер в оглушающий режим. — У нас безбилетные пассажиры…
Он говорил, едва шевеля губами, но Солка слышал отчётливо каждое слово.
— Рик сказал, не убивать…
Хайлан только кивнул, его бластер был переведён в оглушающий режим заранее. Да и попасть так было проще. И убивать людей ему не очень хотелось.
— Принято. Прикрой.
На этот раз шёпот был совсем тихий. Положив бластер на верхнюю панель контейнера, Солка подтянулся, высунул голову и осмотрелся, что происходило на верхнем уровне.
На одном из контейнеров, стоящих у самого выхода, шевельнулась крышка. Она приподнялась, опустилась, снова приподнялась. В щели мелькнула неясная тень — кто-то шевелился внутри.
— Контейнер у самого входа, второй ярус, — прошептал альдераанец Нику на случай, если тот не заметил. После чего, двигаясь с противоположной стороны, тихо направился к источнику звука.
— Принял, — шёпот прозвучал словно у самого уха. Но за Хайланом штурман не последовал — он сместился за крайний контейнер с медикаментами, получив в качестве сектора обстрела почти весь трюм.
