— Дом простаивает, — накрывает ладонью запястье Лиллиан, что внимательным взглядом следит за моим поведением. — Так что, это неплохой вариант…
— Но это мамин дом, — проглатываю слова, впервые сознательно прослеживая перемену внутри себя. Глотку сдавливает, жжение в груди усиливается при попытке глотнуть больше кислорода, растягивающего легкие. Пальцами срываю край страницы журнала, заморгав с особой скоростью. Не могу нормально дышать.
Ветер толкает к обрыву. Но я не даю себе упасть.
— Во время развода мне удалось отсудить дом, поскольку ты оставалась со мной, — отец со скрытым ожиданием чего-то очевидного следит за моим поведением, будто знает, что сорвусь, но держу себя, сжав страницу.
— Я смотрю, — заикаюсь, не справляясь с дрожью в голосе, вызванной обидой. — Ты горд этим, — не могу. Глаза слезятся.
Стою на краю черной бездны. Мерзкий морозный ветер гудит со всех сторон, насильно желая сбросить меня.
— Нет, но видишь, — мужчина пытается показать положительную сторону. — Теперь у нас есть, где взять деньги.
— На мимолетное развлечение, — тело начинает трясти. С каждой секундой всё сильнее, всё заметнее их глазам, поэтому отец привстает со стула, говоря спокойным тоном, словно пытаясь утихомирить что-то внутри меня, что вот-вот вырвется наружу.
— Денег будет много и…
— Нет, — шепчу сквозь зубы, от напряженно распахнутых глаз возникает сильная головная боль, сопровождающаяся давлением в горле. Приступ. Ребра будто ломаются, ощущение такое, словно что-то разбивает их к черту изнутри. Во мне.
— Райли, — отец осторожно выходит из-за стола, хмуро следя за моим лицом, а мой панически сердитый взгляд спешно мечется по журналам, разложенным на столе. Горячее дыхание рвет глотку, грудную клетку сейчас разорвет на куски.
Сильное давление ветра в спину, буквально толкает к краю, заставив качаться с пятки на носки. Внизу ничего. Кромешная тьма. Я утону.
— Мамин дом, — качаю головой, сжимая в ладонь страницу журнала, на котором изображена девушка в красивом свадебном платье. — Наш дом, — поднимаю краснеющие от слез глаза на отца, держащего расстояние между нами. — Наш, — внезапно мое лицо искажается от злости, а тон голоса усиливается. — Ради веселья!
Лиллиан тут же вскакивает со стула, отходя к окну. Смотрит на меня, сжимая пальцами салфетку, которую взяла со стола. Тихо рвет ее края.
— Райли, — мужчина подходит слишком близко, потянув ко мне руки, поэтому отступаю назад, с угрозой шепча:
— Наше прошлое, чтобы хорошо погулять? Ты рехнулся! — кричу ему в лицо.
— От прошлого одни проблемы, немедленно успокойся! — он поднимает голос в ответ, что только провоцирует меня. Громко и быстро дышу, хватая несколько журналов со стола, и бросаю их в сторону корзины для мусора. Лиллиан ахает, а отец препятствует моему желанию избавиться от каталогов. Перехватывает мои руки, берет под плечи, пытаясь отдернуть, оттащить, но крепко держусь на месте, чувствуя, как выхожу из себя.
Край. Толчок в спину. Потеря опоры под ногами.
Сжимаю пальцами журналы, рву их на куски, успевая пихать отца локтями и ногами. Он всеми силами удерживает меня, заставив согнуть руки и прижать к груди. Дергаюсь, рычу, стараясь вырваться из крепкой хватки.
— Ты принимала таблетки?! — он кричит, и в его голосе слышен страх, напряженный. Я лишь мычу, продолжая сражаться с ним.
— Где твои таблетки?! — мужчина переглядывается с Лиллиан, рывком дернув меня от стола к двери:
— Тебе срочно нужно успокоиться! — не понижает тон, ведь я издаю рычащие звуки, смешивая их с постоянным мычанием, и цепляюсь пальцами за всё, что попадается под руки, чтобы остановить его:
— Нет! — пробивает на рыдание, ибо я понимаю, куда он меня тащит. Туда, где я потеряюсь.
— Оставь меня! — плачу, пихаясь. Хватаюсь за дверной косяк:
— Ты не имеешь права!
Отец пыхтит, прилагая усилия, чтобы справиться со мной:
— Райли! Послушай меня! Тебе нужно успокоиться! — дергает, отчего мои пальцы соскальзывают с края стены, больно вздернув короткие ногти.
Вниз. Тело становится легким. Грядет временная невесомость. И сильный удар, разбивающий мое сознание, после которого следует абсолютное растворение в темноте.
Я кричу.
***
Резко поворачивает голову, вынув сигарету изо рта, и хмуро смотрит в сторону дома, прислушиваясь. Стоит у капота машины, придерживая крышку второй рукой. Выдыхает дым.
Что это было? Только что. Послышалось?
Улавливает грохот, будто на пол опрокидывают посуду или горшок. Удар сильный, звенящий. Нечто разбивается, и он повторяется. Крик. Режущий уши. И парень рывком хлопает крышкой капота, быстрым шагом направившись к крыльцу. Не изменяет напряженной хмурости на лице, пока тушит сигарету о перила крыльца, парой шагов взобравшись, и дергает ручку двери на себя, ощутив странное сопротивление, что длится мгновение, будто кто-то собирался удержать дверь, чтобы запереть ее с той стороны. И Дилан сердитым взглядом врезается в лицо Лиллиан, которая держит в руке ключ, изобразив волнение при виде сына:
