Наконец, он дает мне поцеловать его, но коротко, ведь сам опускается ниже, коснувшись губами моего подбородка, после плеча. Целую его в висок, кое-как сохраняя остаток контроля, дабы оценивать происходящее и свое состояние. И мне кажется, что я справляюсь с эмоциями, но все старания в один миг разбиваются в крах. В момент, когда О’Брайен горячо и сбито дышит мне в шею, стиснув пальцами ткань простыни, и тазом толкается к внутренней стороне моих бедер, заставив мое тело приятно содрогнуться. Издаю непонятный даже мне звук, сжавшись от ноющего позыва внизу, и не понимаю, куда пропадают силы. Успеваю ногтями вцепиться в его локти перед тем, как рухнуть обратно на кровать, затылком вжавшись в подушку. Не могу сфокусировать взгляд на лице Дилана, поскольку он с судорогой повторяет короткое движение навстречу моим бедрам, заставив меня громко всосать воздух ртом, прикрыв веки. Чувствую, как дрожат его руки. Он продолжает держаться надо мной, я ощущаю, как нахожусь под его пристальным наблюдением, что вызывает больше смущения, но не могу прекратить активно глотать кислород. Кажется, если я открою глаза, то всё перед ним разом поплывет от того удовольствия, что мне приходится испытывать, поэтому остаюсь в неведении, ориентируясь в том, как двигается О’Брайен. Он наклоняется к моему лицу, руками скользнув под плечи. Нависает совсем близко, касаясь моей груди своей, но не ложится полностью, иначе у меня не будет возможности нормально вдохнуть. Продолжаю отдаваться темноте в глазах, ощущая легкое головокружение. Чувствую, как Дилан дышит мне на губы, оставляет долгий, но поверхностный поцелуй на них, не ожидая, что я смогу ответить. Я не в состоянии отвлечься от того, как парень вжимается своими бедрами в мои, вынуждая четко прочувствовать и оценить его напряжение. Внизу.
Не могу остановиться. Дыхание ускоряется, мне тяжело найти точку контроля над эмоциями, которая мне столь необходима. Я полностью отпускаю свои чувства, дав гребаную волю тому, что усердно сдерживаю на протяжении нескольких дней. Издаю стон, прогнувшись в спине, когда Дилан кусает кожу груди, пальцами больно сдавливая спину. Его действия так же лишаются осторожности, и следующий толчок бедрами куда сильнее и ощутимее прежних. Давление между ног усиливается, мне не удается ухватиться хотя бы за одну здравую мысль в своей голове. Остаются главенствовать сплошные ощущения.
Всё тело ломит, ноющая боль от укусов сравнима с получением максимального удовольствия, никогда бы не подумала, что мне может нравиться подобное, но я не способна лежать без движения, пока Дилан испытывает меня, поднявшись обратно к лицу, которое запрокидываю, позволив парню скользнуть кончиком языка по влажной коже шеи. Его руки так же покрыты капельками пота, но теперь теплого, не ледяного как до этого. Поворачиваю голову набок, продолжая с наслаждением впитывать всё, что он делает. О’Брайен целует изгиб моей шеи, ладонями скользнув вниз, к бедрам, и резко отрывается от моего лица, пальцами сжав колени, которые рывком сгибает, поднимая выше, отчего меня тянет ближе к нему. Распахиваю веки, ладонями стиснув наволочку подушки под головой. Взглядом врезаюсь в глаза Дилана, который так же быстро опускается, возвращаясь к моему лицу, и давящим поцелуем проникает внутрь моего рта, одновременно с этим, сильно вжавшись навстречу моим бедрам своими. Издаю короткое мычание, руками спешно обхватывая его шею, а пальцами довольно грубо тяну темные волосы, не желая быть мягче. Парень углубляет поцелуй, не отрываясь от меня, чтобы испустить хриплый вздох.
Мышцы его рук твердеют от напряжения, соприкосновение с ними становится грубым и жестким, когда Дилан одной ладонью лезет обратно под подушку под моей головой, а другой упирается в кровать, рядом с моей грудной клеткой, которая от давящих движений трется о его грудь. Наслаждение волнами накатывает на тело по мере толчков, что то ускоряются, то замедляются, то становятся мягче, то наоборот поражают своей резкостью, будто Дилан сам не справляется с контролем, как и со своим дыхательным процессом, желая ощутить всё и сразу.
Наверное, это слишком грубо с моей стороны, но я не могу противостоять внутреннему позыву. Ловлю момент, когда парень до боли прикусывает кожу щеки, и резко дернув головой, чтобы губами коснуться изгиба его шеи. Мокрой. Не знаю, как объяснить, но, кажется, я перенимаю от О’Брайена желание попробовать другого человека. Не могу усмирить себя, поэтому пробую языком кожу на вкус, случайно надавив приоткрытыми губами по выпирающую вену. Пульсация крови внутри неё безумная. Это завораживает. Дилан хрипло выдыхает мне в ухо, сильнее вдавливая своим тазом мои бедра в мягкий матрас.
Я хочу целовать его.
Жестко сжимаю пальцами шею парня, второй ладонью сдерживаю его голову, стиснув волосы на затылке, и грубостью вынуждаю Дилана наклониться обратно к моему лицу. Выходит так, что с болью врезаюсь своими губами в его, не успев набрать достаточно воздуха в легкие, так как парень тут же проникает глубже языком, призывая меня к желанному ответу.
