— Ронни, какого черта я должна напоминать тебе, что сегодня день оплаты! — громогласные крики стояли на втором этаже и разносились по всем лестничной площадке, будто предупреждая, чтобы без надобности никто не покидал свои убежища, даже если те принадлежали соседям Дебби на правах собственности.
Мистер Гилмер, дряхлый старик медленно сползал по ступеням вниз, прилепившись одним плечом к стене. Ежевечерний моцион старика, которому доктор настоятельно рекомендовал побольше двигаться, чтобы кровь питала мышечную ткань был как по расписанию, но крики миссис Сандерс, казалось, потрясали тщедушное тело мистера Гилмера и колыхали его не хуже пятибального землетрясения.
Помощь нужна, Дрю? — Эмма как раз столкнулась с пожилым мужчиной на лестнице. Она спешила отдать деньги за квартиру Дебби. Может это хоть немного ее утихомирит и праздничный вечер, не будет загажен криками.
Иди, иди… Если все мне будут помогать, то скоро будете таскать меня в инвалидном кресле! — старик резко махнул костлявой рукой и поджал губы. — Одни помощники. Вон, только Дебби не лезет, занимается своим делом… И не лезет…
Эмма улыбнулась и покачала головой, продолжив свой подъем по крутым ступенькам, пока бурчащий голос Дрю Гилмера не слился с очередным каскадом ударов обрушившихся на дверь Ронни Палмера.
Ну, попадись ты мне! — Дебби, красная как помидор, утирала пот со лба.
Прядь огненных волос упала ей на лицо, оттеняя малиновый румянец и придавая харизматичной внешности еще более хард-корный вид.
Здравствуйте, миссис Сандерс, — метнув проницательный взгляд на девушку, Дебби впилась глазами в ее сумочку. Эмма уже прочитала немой вопрос в глазах хозяйки и поспешила достать деньги из кармана.
За месяц!
Разительная перемена, словно умирающему дали принять панацею от смерти, мгновенно произошла с лицом Дебби Сандерс и милая, говорливая, квохчущая тетка тут же пришла на смену рыжеволосой бестии, которая могла и в драку полезть.
Поспешно приняв купюры, Дебби пробежала по ним пальцами, прежде, чем Эмма попросила ее пересчитать, во избежание недоразумений.
Нет, ну ты представляешь! Я слышала, как хлопнула дверь этого сученыша. Заявился с работы и оккупировался. А мне, что прикажешь двери выносить?
Эмма бы совершенно не удивилась такому повороту событий и только одарила эту большую женщину улыбкой.
Сочувствую! Извините, тороплюсь!
Иди, или…. Ждет тебя твой принц. Заявился час назад. Опять кувыркаться небось будете. Кровать то пойди не починит! Все Дебби должна делать.
Голос миссис Сандерс растворился точно так же, как и пять минут назад голос старика Гилмера. Это улей человеческих характеров и жизней, странным образом заражал жизнью, создавая зыбкую иллюзию семьи и постоянства. Казалось, пройдет сотня лет, но такие мелкие экосистемы, как дом, в котором правила Дебби Сандерс, останутся не тронутыми ни прогрессом, ни взлетом человеческой нравственности. Уживаясь бок о бок со скрюченными стариками, молодежь делала свои выводы, получала свою долю советов, а порой перед глазами представлялся результат выбора большинства, в основном, неутешительный. Счастье в чистом виде здесь не жило. Оно бродило вперемешку с мелкими бытовыми проблемами, с куда более мелкими заработками и невысокими моральными принципами.
Достав, ключи из сумочки, Эмма отперла дверь в предвкушении аппетитных ароматов, но ее удивление не заставило себя долго ждать и с порога в глаза кинулся все тот же журнальный столик перед диваном, напротив телевизора. Одинокая бутылка вина, пара бокалов и пакет из Макдональдса.
Привет, солнышко! — довольная физиономия Джейсона появилась из спальни. Надо отдать ему должное, он галантно принял пальто у Эммы и нежно поцеловал ее в губы, полностью игнорируя ее вздернутые в удивлении брови. — Как прошел день? Устала? Присаживайся! Я все сам сделаю.
Будто между прочим он щелкнул пультом и в телевизоре заголосил комментатор, бурно обсуждаю идущий там бейсбольный матч.
Подавляя растущее внутри тяжелое разочарование, Эмма дала усадить себя на диван. Она хмуро наблюдала, как суетился Джейсон, доставая из кухонного шкафа тарелки и раскладывая на них полу остывшие бургеры. Желудок Эммы голодно заурчал, даже на эту дешевую и не очень вкусную еду.
Придав убогой трапезе терпимый вид, Джейсон торжественно разлил вино по бокалам и широко улыбнулся.
Позволь тост.
Не в силах ничего вымолвить, Эмма заторможено кивнула, подцепив свой бокал с вином.
За нас! Я рад, что ты есть в моей жизни и…, - шаря в своей голове в поисках подходящих слов, Джейсон принял совершенно глупый вид. Как-будто ребенок вспоминал слова плохо выученного стихотворения.
Затаив дыхание Эмма на мгновение отбросила свой скептицизм и впилась взглядом в замершие губы своего парня, ожидая услышать заветные слова, не совсем понимая зачем они ей нужны.
Этот год был замечательный. Надеюсь, что мы отметим еще много годовщин!
Полное фиаско в тосте. А то, что он был закончен, Эмма поняла по глухому «дзынь», которое прозвучало ярче, чем речь этого довольно взрослого мужчины, за которым Эмма старалась не замечать эгоизма и глупости.
