Эмма в свою очередь поведала, что она дизайнер и не поверив друг другу, они запоем обсуждали последние строительные проекты пока не убедились, что сегодня их привели сюда не друзья, а нечто большее…
С трудом всматриваясь в синяки, посередине которых прятались глаза, Ллойд ловил себя на мысли, что раскрепощение, которое дают их маски, очень удачно открывает настоящую сущность и жуткие лица странным образом вызывали интерес и симпатию, потому что эта девушка явно была умна, она уморительно шутила и тихонько губила двойную порцию джина, рассуждая о сомнительной концепции смешения эклектики и лофта.
6 глава
Арти, словно заботливая бабушка, именно бабушка, а не дедушка, стоял и с умилением наблюдал за Эммой вот уже битых десять минут. Его два мартини покорно стояли на столике, между ее извечным джином и новеньким — стаканом со скотчем. Парень, с которым она запоем беседовала и напивалась был двухметровым экземпляром с потрясающим генофондом.
Колоритные внешние данные, однако, оставляли неуловимое чувство незавершенности, хотя красота лица уже не так сильно имела значение. Одни только руки, оголенные по локоть с закатанными рукавами, широкой пиратской рубахи, могли вызвать слезы умиления у именитых скульпторов.
Мышцы не были перекаченны, парень не напоминал голландского бычка, но было видно, как они красиво перекатывались под кожей.
Ллойд краем глаза заметил, что парень, который откровенно пялился на них с Эммой, осторожно потянулся за двумя бокалами мартини и молниеносно перехватил его руку. Едва нахмурив брови он вопросительно посмотрел на Эмму и намертво сцепив пальцы на довольно хлипкой руке этого невежды, не удержался от улыбки, когда заметил, что она подперла подбородок одной рукой, в то время как другой флегматично поглаживала голову своего воротника.
Ее соловелые глаза мечтательно блестели из под шляпы, рука выдала изящный жест.
Арти! Где ты пропадал?
Ллойд ослабил хватку.
Я, вообще-то, здесь уже минут десять стою, моя дорогая! Познакомишь со своим новым другом?
Извини! — коротко сказал Ллойд и тут же разжал пальцы.
Ллойд, Артур Митчел. Арти…. Ллойд.
Эмма с удовольствием допила джин.
Я думал, что ты хочешь забрать напитки, которые Эмма для себя заказала.
Мартини после джина? — Арти ухмыльнулся и пожал руку. — Впрочем ей это бы помогло расслабиться… окончительно.
А ты, часто здесь бываешь? — зайдя с насущного вопроса, Арти с надеждой пялился на нового знакомого, пока отрицательное качание головой этого полубога не разрушили его зародившиеся грезы.
Нет, я с подругой пришел. Она где-то….тут. Тоже со своей подругой, — рассмеявшись тому насколько его речь походит на имбецильную, Ллойд снова глянул на Эмму, которая, судя по всему, наслаждалась его неловкостью.
Арти сделал глоток и подцепив свои напитки тяжело вздохнул.
Вот не зря же костюм выбрал… Что же так не везет.
Его бормотание расстворилось в очередном треке, грянувшем из колонок, а повернувшись спиной, чтобы не мешать новоиспеченным знакомым общаться, Ллойд увидел торчащий из его нее бутафорский нож.
Твой друг расстроился?
Да, — искренне ответила Эмма, продолжая тискать дохлую морду, свисавшую с ее плеча.
Она уже прибывала за чертой, которую сама себе обещала не переступать и с головой плавала в очаровании, которое источал этот невероятный тип. Он с упоением рассказывал о своем путешествии по Индии, когда бросил учебу в колледже, куда его засунула мать. Почти пол-года скитаний по Азии, наградили его умением молчать и слушать людей, как выразился сам Ллойд.
Вернувшись в Штаты и пролечившись от какой-то инфекции, он убил родственников, изъявив желание идти учиться на архитектора. Не пробыв под крылом матери и месяца он укатил учиться в Массачусетский технологический институт, откуда выпустился и сразу же пошел в рядовые помощники при муниципалитете Нью-Йорка. Градостроительный отдел вдоволь попинал «золотого мальчика» и выплюнул молодого специалиста, когда тому наскучило выписывать разрешения на строительство.
Ллойд работал свободным художником и открыл свою небольшую фирму, которая только набирала обороты.
Довольно внушительный багаж знаний, не укрыли от Эммы того факта, что при всей своей уверенности и свободной манере общения, этот детина вел себя чарующе робко. Несколько раз тщательно подбирая слюни, Эмма теряла нить разговора, когда ее взор падал на его красивую шею и идеальные формы под рубашкой. Этот скромник явно знал себе цену и о том, какое впечатление производит на женщин.
Так о чем мы разговаривали?
Ты спрашивала, чем я увлекаюсь помимо своей работы…
И кроме спортзала, это очевидно…
Эмма едва успела договорить, как перед ней материализовался еще один стакан с джином. Скосив глаза она только и увидела, как Арти отсалютовал ей и скрылся на танцполе.
Не друг, а золото, — широкая хмельная улыбка растеклась по ее лицу, едва прикрытая тенью от шляпы.
Люблю путешествовать. В следующем месяце лечу в Мельбурн
Ого! Не могу не позавидовать… Я никогда не была за границей.
