Помимо самого Хьюго, страсти могли накалиться в любой момент, потому что здесь присутствовала изрядная доля людей, ненавидящих друг друга, немалая часть из них, совершенно терпеть не могла самого Селестино, ну а оставшиеся были его дражайшими поклонниками и фанатами творчества. Безбожно красивых моделей для разрядки обстановки было нагнано десятка два.
Дамы, молодые и не очень, блистали нарядами и украшениями. Мужчины прекрасно оттеняли их своими черными смокингами. Рекой лился «Дом Периньон», но Оливия недолюбливала это шампанское предпочитая более скромное в цене Боллинжер Гранд Анне. Оно было куда приятнее на вкус, а гнаться за соответствием своему статусу, было уже давно не по возрасту.
Миссис Грэнсон чувствовала на себе пристальные взгляды, которые, казалось, просвечивали тело насквозь выискивая недостатки, но в свои шестьдесят, она выглядела потрясающе. Стройная, подтянутая, с модной короткой стрижкой под каре, природный светлый цвет волос сглаживал седину, с которой она даже не пыталась бороться. Каблуки ее туфель были не ниже, чем у молоденьких представительниц высшего света Нью-Йорка, а осанка куда более царственной. Светлое платье с запахом на левом боку, отделанное пайетками, удачно подчеркивало грудь, которая могла выдержать и куда более откровенное декольте. Украшения были минимальны. Лишь винтажные серьги и кольцо на правой руке.
Оливия достала из клатча телефон, чтобы проверить время. Виктор должен был подъехать с минуты на минуту и этот прием немного для нее немного оживет. Давний друг и генеральный директор «Грэнсон Корп», не мог позволить себе покинуть свой кабинет в девять вечера. Слишком рано.
Год был не из легких и фирму лихорадило от недостатка заказов, которые приходилось буквально выдирать. Еще и Стивен противился сокращению кадров, удерживая былое величие «Грэнсон корп», которого добился его покойный отец. Компании давно требовалась реструктуризация и Виктор пытался провести реформы мягко и постепенно, но все его предложения заморозил самый молодой из Грэнсонов, который с трудом понимал последствия своих действий.
Тяжелые мысли снова заполонили голову Оливии. Она тяжело вздохнула и убрала телефон, с которым так и застыла среди толпы. Взгляд женщины немного ожил, когда в поле зрении появилась Линда Хамид, в сопровождении полуодетой красотки.
Эту молодящуюся мадам, Оливия знала еще с тех пор, когда Линда пыталась закрутить роман с Беном, который был моложе ее на десять лет. Роскошная женщина и светская львица, добилась расположения парня, но не дольше чем другие красотки.
Миссис Грэнсон не вмешивалась в личную жизнь сыновей, полностью уверенная в их благоразумии. Современные нравы были легче пуха и бороться с ними не было никаких сил. А потому, вложив всю душу в воспитание мальчиков, Оливия молила их только об одном — чтобы они не были жестоки с женщинами и не обещали им больше, чем могли дать.
В этом ни Бен, ни Стивен ее не разочаровывали. Линда натужно улыбнулась, когда встретилась взглядом с миссис Грэнсон.
Оливия! Прекрасно выглядите. Вы одна? — глаза Линды забегали по залу, в надежде найти Бена.
Нет. Стивен здесь и Виктор должен скоро подъехать. Но, как видишь, аперитив, проходит в одиночестве.
Хьюго еще не прибыл? Ну, каков наглец! Впрочем, ничего нового… Собрать всех и заставить ждать. Мэр тоже здесь?
Да. Он в дальнем конце зала, наслаждается заслуженным вниманием. Вон видишь вспышки камер.
Ни сказав ни слова, Линда направилась в указанную сторону с застывшим акульим взглядом. Оливия восхищенно покачала головой. Линда Хамид не сдавалась и билась с обстоятельствами с упорством смертника-камикадзе, вызывая невольное уважение к себе, но ее полухамские манеры крали львиную долю симпатии окружающих.
Мягкий шафрановый свет, легкая музыка от небольшого оркестра виртуозов, разбавляли приглушенный гомон голосов, но тут публика словно сговорившись повернулась к центральному проходу. Хозяин вечера изволил появиться.
В этот же момент, Оливия почувствовала прикосновение к своему локтю и обернулась.
Прости, что опоздал, — Виктор извиняющеся улыбнулся.
Ты попал на самое интересное. Хьюго только до нас снизошел.
Оливия в очередной раз отметила, насколько же мужчин красит смокинг. Вечное сочетание черного и белого, это классическая рамка подчеркивающая достоинства и придающая благородство. У Виктора была скандинавская внешность, волосы с проседью, острые скулы, подтянутая фигура и прозрачные глаза, в которых многие не видели ничего человеческого. Но Оливия знала этого человека многие годы и спокойно могла доверить ему свою жизнь.
Стивен не составил тебе компанию?
Ты знаешь, что я спокойно переношу одиночество, но признаюсь, увидеть тебя, это своевременный глоток свежего воздуха, среди этих интересных и доброжелательных людей.
Тонкие губы Виктора Лингрена растянулись в сдерживаемой улыбке и он присоединился к аплодисментам, которыми гости приветствовали хозяина вечера.
