Только вначале служба. Нужен политрук, чтобы вломить капитану от всей пролетарской ненависти за загубленных матросиков. Пусть сама партия внедряет каски на головы матросам, раз они товарищей по оружию из сухопутных сил не слушают. «Партия, рука миллионно палая!» Пусть, значит, эта рука каски и напяливает на дурные головы, раз сама их и воспитала такими. Не в такой патетической преамбуле дело о касках на головах матросов будет преподнесено политруку. Не так буквально, но очень близко к этому. У немцев с этим проще, там вышел на передовой без каски, значит, членовредитель и получи трибунал! Читайте приказ номер двести двадцать семь от двадцать восьмого июля сего года для нарушителей военной дисциплины.
Умело запрятался политрук, пока его удалось найти, половина всех неотложных дел и вопросов была решена. Питание на позицию, замену на позицию, медиков на позицию и даже самого политрука для осознания вопроса по каскам, тоже на позицию. Политруку каску нашли в роте охраны, отечественную. От роты охраны порта срочно направили людей для обучения трофейному оружию, десять человек с опытом, старослужащих. Эти бойцы потом пойдут ополчение учить из местных, а пока они должны разборку, чистку и сборку трофеев освоят до уровня рефлекса, поскольку инстинкт самосохранения у них развит поистине запредельный. Кто как не старослужащие точно знают простую истину, что лучше самим учить других, как надо ползать под пулями, чем самому под теми пулями ползать. Война!
Война войной, а пробу пищевого рациона, что везли на позицию на перевале Иван, как командир снял. Что не говори, а остаться без ужина и завтрака из – за личного упущения, это не повод, чтобы трескать трофейные консервы, спрятавшись в углу, за закрытой на крючок дверью. Машина на позицию шла от роты охраны, с политруком просвещённым рассказами Ивана, поэтому Иван про всё что там, на перевале забыл. Захотелось Ивану понежиться в море и смыть запахи тела, которые появляются у людей изнутри и прилипают снаружи при обстреле на передовой. Попытка почесать голову, не достигла цели. Вот незадача! Оказывается, Иван всё время ходил в каске! Просто образец и наглядный пример человека, который обжёгся на молоке и дует на воду!
Теперь понятно, почему политрук так смотрел на Ивана, когда тот пытался ему втолковать, что такое каска и как она нужна бойцу на передовой, особенно при обстреле позиции противником.
– Так вот как напряжённо трудится товарищ интендант!
– Ага! Знаешь, лейтенант, такая тяжесть давит, что даже послать тебя в известном направлении, сил нет. Не выпендривайся, а залазь, ополоснись в морской стихии. Смой грехи с души и тела своего. Ну и задачи ближние с тобой обсудим для тебя и твоих артиллеристов. Не порядок это, когда есть мины и миномёты, а специалистов с ними работать нет. Уверен, что и по пушкам многому нас твои парни научат.
– А ты знаешь Валенков…
– Знаю, товарищ Душегубов! Вам лично и вашим артиллеристам предлагаю кубрик на четыре человека.
– Нас не четверо, а шестеро!
– Помню. Места есть. У меня в кубрике два места есть и один кубрик пустой. Если кто – то предпочитает спать на песке у моря, то возражений нет. Только работать придётся в мастерской, минимум неделю, пока ремонт бронеавтомобилей не закончим, а там и танки на очереди. Сам понимаешь, что у меня знаний по баллистике мало. Мой предел, как переместить в порту лист бумаги со стола моего на стол руководства, получить подпись и печать, чтобы получить нужные предметы из склада в мастерскую.
– Да. От баллистики здесь ничего нет.
– Верю на слово! Очень надеюсь, что ты учился военному делу надлежащим образом! Вот и будешь просвещать души неких штатских военными премудростями.
– Не понял.
– Поясняю. Только для тебя, это страшная военная тайна. Дело такое. Руководство наверху послало в известном направлении наш порт и наше начальство, когда вчера порт запросил военной помощи людьми и оружием. Поэтому придётся тебе и твоим людям заняться подготовкой местного ополчения. Человек сто или двести мы сможем вооружить, только это будет не боец, а мясо, мишень для нашего противника. Кто – то должен научить это мясо не только показывать зубы, но и кусать до смерти. Всё на самом элементарном, базовом уровне. Уяснил?
– Причём тут я?
– При том, что ты имеешь военное образование, пусть ясельное, но у меня и такого нет. Ты был в бою и знаешь, что такое бой, поэтому учить будешь, как бойцу убивать быстро и правильно врага, а самому остаться в живых. Кроме тебя этого здесь никто не знает. Никто здесь не отбивал атаки, не подбивал танки, не поднимал людей в контратаку, не переживал авианалёт в окопе. Так или не так?
– Ладно, только не надо мне пули лить, я ведь тебя в бою видел.
