Какое-то время теща тоже молчала, а потом горько вздохнула и произнесла:
— Ясно! Ты нашел отличный выход из положения. Небось думаешь, что в больнице за Ванечкой будет дармовой присмотр. Так ведь?
Герман хотел было запротестовать, а потом решил, какого черта?
— Да, отчасти и поэтому. Ваша дочь удрала. Вы отказываетесь сидеть с внуком. Что мне делать? Нанять няню? Так я все деньги потратил на ваши пять звезд, которые вы даже не соизволили посетить.
— На то была причина, ты это знаешь.
— Вот эту причину я и попросил врачей исследовать поподробнее.
— Ладно, — сухо сказала теща. — Я все поняла.
И повесила трубку. Но Герман не пошел обратно на кухню. Он предчувствовал, что разговор с тещей на этом не закончен. И она действительно позвонила. На этот раз она хотела знать отделение и палату, где находится Ванечка. Герман все сказал, а под конец спросил:
— Ира вам звонила?
— Нет.
Но Герман теще не очень-то поверил. Он неоднократно уличал тещу во лжи, когда она прикрывала какие-то проколы дочери. Ложь во спасение своего ребенка эта женщина ложью не считала, наоборот, почитала за дело благородное и праведное.
— Я тебе еще позвоню, — грозно произнесла теща.
Но едва она отключилась, Герман из вредности сам выключил телефон.
— Теперь звони сколько влезет! — ехидно сказал он недосягаемой теще.
Он вернулся на кухню и обнаружил исчезновение Алексея.
— Он ушел, — пояснила Оксана. — Понял, что сегодня ночью ему ничего не обломится, сослался на какие-то внезапно возникшие дела и ушел.
— Это все из-за меня.
— Точно.
Но при этом грустной или подавленной девушка не казалась. Кроме Алексея исчезли и помятые тюльпаны, которые он принес. Герман даже подумал, что Оксана в порыве гнева выкинула цветы в мусорное ведро. И под благовидным предлогом Герман заглянул туда. Тюльпанов там не было. Может, за окно выбросила? Герман пошел в соседнюю комнату, свесился с балкона и принялся разглядывать асфальт под окнами. Тюльпанов не было и там. Подобрали? Отнесло ветром к соседнему дому?
— Чего ты мечешься?
— Тюльпаны ищу, — откровенно признался Герман. — Вроде пустяк, но странно, куда они делись?
— Алексей забрал, когда уходил. Сказал, что для мамы нужно. У нее вроде как сегодня юбилей.
В одиннадцать часов вечера на юбилей мамы с тремя чахлыми цветочками?
Оксана подметила удивленный взгляд Германа и хмыкнула:
— Он и тортик пытался забрать, все поглядывал на коробку. Да вот беда, тортик подъели еще раньше. Придется Лешке для очередной пассии на новый «Балтийский» потратиться. А может, ей для счастья и трех цветочков хватит.
И Оксана повернулась к раковине. Плечи у нее затряслись. Герман испугался, что она плачет, подошел, приготовился утешать. Но внезапно понял, что Оксана и не думает реветь, а просто хохочет.
— Ты только подумай, какой хозяйственный. Чего цветам пропадать, можно ведь их еще раз в дело пустить. Страшно представить, где он их нарвал. Вроде бы я видела похожие на клумбах в нашем парке.
— А где ты вообще этого типа нашла?
— На работе.
— А где ты сейчас работаешь?
— Я имею в виду, на ЕГО работе. Заехала в сервис масло в машине поменять, а там Леха. Косая сажень в плечах, весь в мазуте, красавец!
— С Лехой все понятно. А ты-то где устроилась?
— В одной частной медицинской клинике.
Оксана сказала, в какой именно клинике она трудится, и даже принялась рассказывать о специфике своей новой работы, но Герман ее уже не слушал. Как только Оксана произнесла слово «клиника», у него в мозгу что-то щелкнуло.
Но он не торопился высказывать свою просьбу, сперва все хорошенечко обдумал, а когда Оксана на мгновение умолкла, сказал:
— Ох, и устал же я сегодня.
— Да, день был долгий.
— Может, спать пойдем? Ты меня оставляешь?
— Не возражаешь, если я тебе на полу постелю? — вместо ответа спросила Оксана.
— Обычно все лучшее предлагают гостю.
— Предлагаешь, мне самой на полу улечься? — фыркнула Оксана. — Не дождешься.
Так они и устроились. Оксана на кровати, Герман на полу.
— Зря ты отказалась. Спать на полу — отличная практика для позвоночника. Утром проснусь с прямой, словно стрела, спиной.
— Смотри, чтобы тебя сквозняком отсюда не выдуло.
Добрая Оксана дала Герману целых два одеяла, на одно лечь, другим накрыться, но несмотря на это, Герман ощутимо чувствовал дуновение холодного ветерка. Он кутался и кутался, а потом не выдержал и среди ночи осторожно перебрался поближе к Оксане.
— Ничего личного. Просто хочу согреться.
Оксана не услышала его оправданий. Она крепко спала, причмокивая во сне губами, словно ей снилось что-то вкусное и сладкое. Была у нее такая привычка, которая всегда умиляла Германа. Он смотрел на спящую девушку и невольно вспоминал, что связывало их когда-то. И почему они расстались? Инициатива исходила от Германа. Но чем не угодила ему Оксана? Да ничем. Все у них было, как он теперь понимал, просто идеально. Наверное, именно этих крепнущих отношений Герман и испугался. Ему показалось, что дело идет к свадьбе, а к свадьбе он был не готов. Вот и поспешил порвать с Оксаной.
