Вот было видно, что опять немного недодумали! Прямо как с тем английским двигателем! И кто не додумал? Кто? Да все мировые конструктора с чертёжниками вместе взятые, что проводили у своих «мольбертов» по полжизни! Вот в чём абсурд! Её богу! Сапожники без сапог!
Придётся срочно внедрять инновации и зарабатывать на этом денежку-другую! Хе!
С такими мыслями я и возвратился домой, протрясшись с пару километров по промозглой питерской погоде в нашем семейном конном экипаже. Хоть тут нам повезло с заводом — находился он, что называется, в пешей доступности от места проживания. И при этом выходило так же неплохо, что до него было не совсем рукой подать. Поскольку дышать всякой гарью и угольной пылью не хотелось совершенно. Дыма от печных труб хватало с головой.
А ведь по соседству с нашим производством и прочими ближайшими фабриками располагалось немало жилых домов. Причем не доходных многоэтажек для рабочих, о должном быте которых пока мало кто заботился, а частных владений, где проживали обеспеченные горожане. Вот уж они, небось, возненавидят вскорости всю нашу семью. Ведь металлообрабатывающее и литейное производства они такие — громкие и дюже вонючие.
И что ещё прекрасно было в нашем доме, так это то, что на топочном угле в нём не экономили. Могли себе позволить! Поэтому, покинув экипаж, мы все с немалым удовольствием окунулись в тепло натопленных помещений, едва ли не дружно передёрнув плечами от воспоминаний об оставленной за дверью сырости. Батареи — это прелесть!
Октябрь в столице вообще не радовал погодой. Особенно тех, кто проживал на набережной Невы, где ветер и сырость являлись вечными спутниками жизни горожан. Что называется — извольте своей дрожью заплатить за приятный вид из окна. Брррр!
Однако, быстро отогревшись за кружкой горячего ароматного чая и после запершись в своей комнате, я, первым делом, кинулся чертить чего попроще. Точнее не чертить, а рисовать.
Кульман кульманом, а куда быстрее и легче было сотворить чертёжную доску с рейсшиной. Возможностей она давала меньше, но и изготовить её можно было буквально на коленке без всяких сложных расчетов конструкции того же пантографа. Что называется, доска и три линейки. Вот тебе и счастье будет. Одна линейка намертво прикручена горизонтально по низу доски, вторая так же намертво сбоку, но уже вертикально, а третья вновь горизонтальная и на роликовом бегунке продвигается по второй вверх, вниз, вверх вниз. Чего тут сложного? Да и добавить треугольник с поворотным чертежным узлом и транспортиром на третью линейку — раз плюнуть. Не бином Ньютона в общем. Главное тут было сохранить прецизионность самих измерительных инструментов и их расположения при монтаже в единое целое. А, тем не менее, поди ж ты, никто не сделал до сих пор. Чудеса да и только.
Зато вот ко всему прочему инструментарию чертёжника никаких вопросов не имелось. Всё необходимое уже существовало и самым активным образом применялось в работе. Что было очень хорошо, так как не надо было тратить время на изобретение и последующее изготовление столь точных инструментов. А всё, что относилось к ремеслу чертёжников, обязано было являться очень точным инструментом. Недаром готовальни[1] отпускали в магазинах отнюдь не за малые деньги.
Ну и, как водится, одно потянуло за собой другое. Завершив своё творчество, относящееся к чертёжной доске, я вновь вернулся к кульману и тут же хлопнул себя по лбу. Ведь, увлекшись мыслями лишь о механической части данного устройства, я совсем забыл про электрическую.
Да, да! Была у него и такая. Во всяком случае, я подобные модели — с персональными лампами освещения, ещё застал. Электрический-то свет под потолком далеко не сразу появился на заводах и в конструкторских бюро. Дорогое это было удовольствие — освещать вообще всё помещение десятками сильных ламп. Да и дефицит электроэнергии никто не отменял. Особенно в нынешние времена, когда системы центрального энергоснабжения вообще не существует даже на бумаге, и каждый завод вырабатывает оное сам для себя, крутя динамомашины, если оно необходимо.
Но вот крутить аж целый отдельный двигатель и генератор для подачи света лишь на одну-две чертежные поверхности… Это выглядело расточительным занятием. Тут-то в голове и забрезжила очередная гениальная мысля.
Настольные лампы, фонарики и… батарейки! Вот чего я до сих пор не видел ни у кого вокруг — так это электрических фонариков, питавшихся от привычных мне цилиндрических или же каких иных батареек. И этот вопрос следовало срочно провентилировать с отцом, как лучшим знатоком в семье всего нового в плане техники.
