Не всё, отнюдь, пустили мы на дно морское. Но не вернувшиеся на свои родные базы 4 эскадренных авианосца, 2 линкора и 9 крейсеров изрядно охладили дух японцев, заставив их запрятать голову в песок. На этом, собственно, и завершился весь конфликт, не разгоревшись толком. А Яковлевы, как неофициальные спонсоры победы, получили с того немало преференций по торговле моторной техникой в «большом» Китае, где проживало уже под 500 миллионов человек. Пусть даже большей частью очень бедных. Но! Полмиллиарда!
С тех пор Россию все изрядно опасались. Точнее говоря, стали опасаться ещё больше, нежели прежде, не зная, что ещё такого мы, вдруг, выкинем в плане создания новейшего вооружения.
И мы с папа́ не стали всех расстраивать, да запустили в космос первый спутник, который говорил всем сверху «бип-бип-бип».
— Что ты говоришь, дедуля? — внезапно раздалось из-за спины и на мои плечи легли детские ручонки.
Во! Я уже дедуля, между прочим! В 46 годков! Причём, как можно догадаться, дедуля я уже не первый год! Это старший мой — Олежка, постарался не отстать от своих родителей в плане продолжения нашего славного рода и в 18 лет представил нам с Надеждой свою суженую. Ой, криков было! Страшно вспомнить! Ведь моя Надя собственное ви́дение имела на спутницу по жизни нашему Олегу Александровичу. А тот вот взял, да и упёрся. Едва сервиз фамильный от разбития об пол спасти тогда успел!
Теперь вот вместе всей честно́й компанией мчим по ухабам встречать этого «блудного попугая» из самого главного полёта всех времён и народов.
Мы ведь так-то в развитие не только реактивной, но и ракетной техники изрядно вкладывались немалыми деньгами. А чего нам было не вложиться в это дело, коли после всех обвалов рынков и биржевых паник, мы скупили на корню за золото и укрепивший свою твёрдость рубль огромное количество физических активов, как за бугром, так и внутри самой России? Нефть, уголь, железные и медно-никелевые руды, а теперь ещё и газ природный — всё это более чем наполовину в империи теперь принадлежало только нам. Про выработку электричества не стоило и говорить, наверное. Так что помимо 120 миллионов рублей ежегодных процентов с облигаций, мы втрое больше получали от своих активов. Жаль, что американцы отменили свой сухой закон ещё 12 лет назад. Иначе и с алкашки бы ничуть не меньше загребали. А так, увы и ах. Приходится довольствоваться лишь честным заработком.
В то же самое время, чтобы не выстраивать всё исключительно за счёт своей семьи, я, к примеру, зазвал переезжать к себе в страну со всеми своими фабриками и заводами тех же Сэмюэля Смита да Рэнсома Олдса. Плюс народ наш из Детройта стал вертать назад в огромнейших количествах, тем самым получив на выходе за два-три года под пару сотен тысяч великолепно подготовленных специалистов из числа рабочих. То есть тех, кого столь сильно недоставало тому же Советскому Союзу в самом начале массового развития отечественного автомобилестроения. Отчего и получались советские машины сделанными тяп-ляп.
Так что уже почти 15 лет легковушки «Александровского Автомобильного Завода Олдса» являются самыми часто встречающимися на дорогах страны машинами. Мы с ним немало покумекали на эту тему по его приезду и запустили в результате в производство прямой аналог VW «Жука», но с двигателем от советского «Запорожца». Назвали это чудо техники — Олдсмобиль «Днепр» и думали производить его ещё лет двадцать, ежели не тридцать. Уж я-то помню, что тот самый VW продержался в производстве свыше полувека. Стало быть, дизайн народ устраивал, а кое-что в начинке можно было и менять, к примеру, раз в 5 лет.
И пусть он выглядел немного неказисто и потешно, зато в цене все эти годы не превышал 450 рублей, чему в немалой степени способствовало сильнейшее падение цен на все ресурсы. Нефть, уголь, сталь, медь, алюминий. Все эти материалы ещё в начале «Великой депрессии» скинули в цене минимум втрое и поныне продолжали оставаться примерно на том уровне. С началом кризиса вообще всё сильно обесценилось в деньгах, включая продовольствие и землю.
Да, было много разорений и в России. Случился даже голод — это да. Пришлось тогда вводить правительственный запрет на экспорт продовольственных товаров, да жёстко бить по жадным ручкам спекулянтов. Но как-то разрешили ситуацию, обойдясь практически без жертв. За что сказать спасибо следовало и нам тоже. Ведь, начиная с 1926 года, мы выпустили на рынок небольшой дешёвый массовый колёсный трактор с двухцилиндровым дизельным мотором воздушного охлаждения, который продавали в беспроцентную рассрочку на 3 года. Когда-то несколько дороже, а в наши дни — за откровенно жалкие 360 рублей. Разве что рубль был сейчас слегка другим, как и все прочие валюты. Наш «деревянный» несколько окреп, тогда как остальные столь же несколько подешевели. И в результате, начиная с 1933 года, стал он равен доллару США.
