– И еще, Винсент… Феликс не слушает. Тогда послушай ты. Если все кончится плохо… вы должны сами о себе позаботиться. Понятно?
На столе маленькая рождественская елочка.
Он только сейчас заметил. Наверно, Феликс купил.
А ведь брат вовсе не любит Рождество.
– Лео?
Да?
– Я должен был быть там.
– Нет, братишка… не должен.
Бронкс стоял у стены перед огромной картой. Большой черный крест отмечал место, где в канаве лежала машина – он уже знал, что она арендована на имя Аннели Эрикссон и перевозила пустые рождественские подарки. Грабители ушли оттуда пешком через огромный лесной массив, засыпанный полуметровым слоем снега, так что делали они три-четыре километра в час, не больше. Он посмотрел на часы, прикинул в уме и начертил круг с крестом в центре – радиусом шесть километров. Зона поисков, причем не очень обширная. А с прибытием подкрепления она еще сузится.
– Я в допросную, – сказал он Рюдену. – А когда закончу, свяжись с прокурором. Ее надо взять под арест и препроводить в КПЗ. Не знаю, какова ее роль, но она точно
Он вернулся в допросную, к женщине, которая по-прежнему изображала растерянность.
– Аннели!
Она смотрела на стол, на пол.
– Аннели, смотрите на меня, когда я с вами говорю. Я хочу, чтобы вы рассказали все, что знаете. В противном случае дело может кончиться плохо.
– Что значит – все?
– Все, что знаете. О людях в машине. Тех, что ограбили банк. Я хочу знать их имена. Можете ли вы с ними связаться. Как они вооружены. Думаю, это важно. Если вы хотите снова их увидеть.
Впервые она посмотрела на него по-настоящему, без притворства.
– Аннели… каково их вооружение?
Недолго, но все же. Она знала, о чем он говорит. Знала, на что способны люди, скрывающиеся в лесу.
– Чтобы их защитить, мы должны понимать, с чем столкнемся.
Она испугалась.
– Вы понимаете, Аннели? Мы должны знать. Чтобы взять их живыми.
– Обувайся.
– Лео, черт побери…
– Заткнись, папа! У нас есть преимущество, и необходимо его сохранить! Яспер, бери все, что найдешь, – воду, продукты.
– Но спецназ, Лео, сынок, послушай, ты должен…
– Нет, это ты послушай!
Ветер утих, метель улеглась. Тусклый свет звезд над деревьями. Ночь будет спокойная. И идти по их следу будет легче. Но легче и продвигаться вперед, уходить от погони.
Лео надел ботинки, куртку, бронежилет, схватил оружие и тут что-то заметил. Нечетко, скорее как фрагмент, который отмечаешь, не понимая.
В ту пору, когда все началось, темнота была прикрытием для него самого. Теперь же во мраке затаился, наблюдая за ним, кто-то другой.
Сперва тень слева от кухонного окна вроде как ожила, переместилась к дереву. Потом скользнула вправо, к другому дереву, тень в маске. И наконец, когда он лег на пол и подполз к окну, чтобы всмотреться получше, уже несколько теней с оружием, как у него, двигались широкой дугой вокруг дома. И если он вправду видел все это, все эти странно знакомые события, казалось, будто они происходили одновременно.
– Они здесь!
Он обернулся к Ивану, который сидел в кресле в гостиной, и к Ясперу, который обшаривал кухонные шкафы в поисках съестного.
– Они уже здесь!
Иван сидел как парализованный, откинувшись на спинку кресла, а Яспер сперва метнулся к окну глянуть на то, что уже увидел Лео, потом к куртке, брошенной на подлокотник дивана. Он принес ее на кухню, достал из кармана ручную гранату, положил на стол. Потом вторую. И третью.
– Эта группа… то, что мы совершили… так просто не закончится, – сказал Яспер. –
Три гранаты. Рядом он выложил из сумки обоймы, аккуратно, как по линейке.
– Яспер, ты совсем свихнулся – гранаты?
– Гранаты, Лео. Завтра, когда попадем на первые полосы газет, мы будем в масках! Они, блин, не смогут показать пальцем и сказать: “Вот так они выглядят!” Говори, что мне делать, Лео. Я все выполню. Ты знаешь – все! Мы не можем умереть как неудачливые грабители и кончить в поганой тюряге! А раз так, пусть никакой группы не останется!
Он снял оружие с предохранителя, прицелился в ночь, готовый стрелять по теням.
– Да успокойся ты, черт побери! – Иван встал, подошел к разложенному арсеналу. – Если тебе охота помереть, то нынче еще успеешь, я тебе гарантирую. Но ты здесь не один, идиот хренов! Кончай размахивать пушкой!
– Яспер. Меня зовут Яспер! Давай, мели языком, по этой части ты у нас большой мастак. И по морде можешь съездить. Но ни хрена не умеешь следить за своим оружием! Из-за тебя мы тут и застряли!
Он сел возле гранат, такой же одинокий, как в оружейной, когда решил взять их с собой. Знал, что у этих двух шпаков кишка тонка.
– Они рассредоточиваются! Неужели непонятно, действуют именно так, как мы год назад без тебя, старый хрен! Рассредоточиваются! Чтобы нанести удар!
