Асфальтовая дорога сузилась, превратилась в проселок… теперь уже недалеко.
Звонок. Мобильный в наружном кармане куртки Лео.
– Алло?
– Лео… конверт.
Этот голос.
– Сейчас у меня нет времени.
– Твой хренов долг, Лео. Деньги в конверте. Ты же сказал, что ничего мне не должен, так?
– Я не могу сейчас говорить.
– Раз ты пришел сюда после стольких лет с такой прорвой наличных и даже не считаешь, что должен мне… то у тебя их наверняка куда больше. Ты бы никогда не отдал мне последние гроши. Так откуда, черт побери, эти бабки?
Лео отключил телефон.
– Кто это был? – спросил Феликс.
– Неважно.
– А мне показалось, важно.
– Следи за дорогой.
Феликс, как обычно, сидел за рулем; теперь он знал эту машину, знал, как она набирает скорость, каков тормозной путь, как слушается руля. После дела они пересядут в другую такую же. Феликс досконально изучил и ее устройство. Именно ему предстояло угнать накануне ограбления две машины, и он часами тренировался, отжимая замок, пока не убедился, что способен открыть дверь “доджа” меньше чем за двадцать секунд.
Старое стрельбище располагалось в конце щебенки. Они припарковались и услышали вдали выстрелы.
– Там кто-то есть, – сказал Винсент.
С сумкой боеприпасов, четырьмя походными матами и оружием они зашагали по щебенке. Дорога сменилась тропой. Двое мужчин лежали на площадке в трехстах метрах от мишеней, установленных на песчаной насыпи.
Лео замер, прислушиваясь.
– Пистолеты-пулеметы. Эм-пе-пять. Должно быть, полицейский спецназ.
– Лео, пошли обратно, нас же ищут, черт подери! – сказал Винсент, дергая старшего брата за плечо. – Надо уходить.
– Нет. Привыкай.
– Лео, черт побери, мы…
– Слушай, полицейские ищут двух арабов.
Винсент замедлил шаг, отстал от остальных. Он уже видел Лео таким, когда с ним нельзя разговаривать, когда он норовил бросить тебе вызов, победить, хотя в этом и не было нужды, просто доказывал, что он может. И как раз в эту минуту двое мужчин в темной форме встали, собрали свои вещи и пошли по тропинке.
Им навстречу.
По мере приближения они выглядели все крупнее – широкие плечи, широкие затылки, взрослые мужчины. Даже Лео не мог с ними сравниться.
– Пострелять пришли, ребята?
Щебенка захрустела, когда они подошли рассмотреть оружие.
– Сейчас угадаю… гражданская оборона?
Неожиданно Яспер выбежал на траву, мимо Лео,
чтобы гордо продемонстрировать их оружие.
– Точно. Батальон гражданской обороны. Район Ерва.
Подняв вверх АК-4, он замер, точно мраморная статуя, довольная улыбка меж курносым носом и острым подбородком открывала дырку в передних зубах. Винсент сделал еще шаг назад, ссутулился. Если Лео нужно соревноваться и побеждать, то Ясперу нужно понравиться, быть частью группы.
– Эм-пе-пять? – спросил спецназовец.
Оба они тоже остановились глянуть на оружие, хотя только что собирались двинуть дальше.
– А вы из спецназа? – в свою очередь спросил Яспер.
Винсент закрыл глаза. Мало ему, рискуя всем, выставлять напоказ краденое оружие. Надо еще и их оружие потрогать. Ишь, стоит там, пожиная восхищенные взгляды, восхищаясь. В полном восторге. Братство.
– Угу. Мы из спецназа. Ладно, удачи! Ветра нет, хороший день для стрелковой тренировки.
Они кивнули, как все, на прощание. Винсент смотрел себе под ноги и, когда они проходили мимо, старался дышать легко и спокойно.
– Слышь, парень. – Разговорчивый спецназовец, который показывал свое оружие, остановился перед Винсентом. – Ты не слишком ли молод для этого?
– Я…
Винсент попытался поднять глаза, но не смог.
– МГО, – сказал Лео. – Молодежь гражданской обороны.
Спецназовец по-прежнему смотрел на Винсента.
– В твои годы я за девчонками ухлестывал, а не на стрельбище торчал.
Винсент выдавил неловкую улыбку, все так же затаив дыхание. И улыбался, пока они не подхватили свои МР-5 и не зашагали дальше. Яспер уже развернул маты, а Лео принес из бараков кипу мишеней, и хотя Феликс уже открыл коробки с патронами и распределял обоймы, он не мог расслабиться, пока полицейские не завели свою машину и не поехали прочь.
– Они даже на серийные номера не взглянули, – сказал Лео.
Улыбка у него была самая настоящая – радостная и гордая. Он встретил их с уверенностью в победе и победил. Сейчас он заполнил магазин, стоя обернул ремень вокруг предплечья, снял автомат с предохранителя, прицелился в одну из картонных мишеней и выпустил очередь. Картонное лицо разлетелось на куски.
– Чтобы стрелять из а-ка-четыре, нужно освоить стойку, – сказал Лео.
Перезарядив оружие, он протянул его Винсенту, но из рук не выпустил.
– Если не встретишь отдачу всем корпусом, если не самортизируешь плечом и левой рукой, оружие рванется вверх и третья пуля пройдет в полуметре над мишенью.
На сей раз он отдал Винсенту оружие.
Дышать нормально трудно, ладони в поту. Винсент прижался к прикладу, как показывал Лео, перенес вес на левую ногу, как Лео, положил левую руку поверх ствола, как Лео. И выстрелил. Приклад ударил в плечо. А ствол рванулся вверх, словно на незримой веревке.
Два десятка выстрелов в песчаную насыпь. А картонная фигура равнодушно смотрела на него.
