Я, конечно, должен был все организовать, еще находясь в Сент-Езе, но мне было трудновато предусмотреть все.
Глэдис произнесла:
- Они звонили нам, мистер Геллер.
- Ради Бога, называйте меня Натом.
- Нат, - сказала она с усилием. - Один из ваших врачей звонил сюда несколько недель назад, и с тех пор мы подыскивали вам комнату. Но, боюсь, с отелем "Моррисон" ничего не выйдет.
- Не хватает жилья, - добавил Лу, обреченно пожимая плечами.
- Поэтому мы взяли на себя смелость переделать офис в соседней комнате, - объяснила Глэдис.
- Не было ни вас, ни Фрэнки, - произнес Лу, - и без вас мы и не пользовались этим помещением. А я работал в вашем кабинете... - он кивнул в сторону моего личного кабинета. По его лицу было видно, что он чувствовал себя неловко.
- Так и должно было быть, - успокоил я его.
- В соседней комнате мы убрали перегородки. - продолжал Лу, - и поставили туда ваш стол и некоторые личные вещи, которые вы хранили в своем кабинете. Мы даже привезли кое-какую мебель из вашей комнаты в "Моррисоне". А еще, помните, у вас была раскладушка, которую вы много лет хранили в подвале?
Я уселся на диван, положив руку на свой рюкзак.
- Не говорите мне этого.
- Мы подняли ее наверх. Она там. Вы можете занять всю комнату и жить в ней, временно, конечно, пока не найдете жилья.
- Полный круг, - произнес я.
- Что? - переспросила Глэдис.
- Ничего, - ответил я. Лу объяснил ей:
- Он жил в своем офисе, перед тем как обустроить эту контору.
- А-а, - протянула Глэдис, явно не понимая, о чем речь. Ирония была ей не по силам. Я встал.
- Спасибо вам за беспокойство.
- Если хотите, - говорил Лу, разводя руками, - я могу работать в этой комнате, и вы тоже, а спать будете в том помещении. Думаю, клиенты, которые пользуются моими услугами, не будут в обиде на эти временные перемещения...
- Не говорите больше ничего. Пусть все останется, как есть. Мне все равно потребуется некоторое время чтобы вновь войти в колею. Так что еще в течение нескольких недель считайте боссом себя.
- Так я был не прав, предположив, что вы вернетесь к работе?
- Да нет. Вы были правы, скорее всего. - Мистер Геллер, - заговорила Глэдис, нахмурив брови. Я не стал поправлять ее: "Нат" явно не входил в ее словарь. - Не обижайтесь, но вы выглядите слегка изможденным.
- Глэдис, - с упреком сказал Лу.
- Все в порядке, Лу, - вмешался я. - Она права. Я похож на черта. Но я провел около шестнадцати часов, сидя в поезде. Спать было негде, и... вагон был грязный и переполненный; я был счастлив, что смог найти местечко, чтобы пристроить свой рюкзак и втиснуть задницу. Самое ужасное, что в вагоне, казалось, была толпа беременных женщин и молодых матерей с маленькими детьми. Женщины пытались кормить и переодевать младенцев в этих отвратительных условиях. Все эти женщины направлялись на встречу со своими мужьями, которые служили за океаном, или возвращались с таких встреч.
Лу и Глэдис смотрели на меня с жалостью, когда я замолк на полуслове, погрузившись в воспоминания о поездке по железной дороге. Это должно было случиться: я мог подобным образом терять мысль и возвращаться к ней.
- Вы можете не беспокоиться, - сказал я. - Я некоторое время буду не в себе. Не так давно я был на одном тропическом острове и меня там ранили. Мне понадобится время, чтобы привыкнуть к относительному миру и спокойствию Чикаго.
Лу вошел в мой, или пока еще его, офис и надел пальто.
- "Биньон" подойдет? - спросил он.
- Да, конечно.
Когда мы уходили, Глэдис крикнула мне:
- Если вам будут звонить, мне говорить, что вы приехали?
Я остановился у открытой двери; Лу уже вышел в коридор. Кабинет подпольного гинеколога все еще работал.
- Как они могут знать, что я вернулся? - спросил я.
- Ваш приятель Хэл Дэвис из "Ньюс" написал о вас. Точнее, он написал о вашем друге Россе, упомянув и вас. О том, как вы, два героя, возвращаетесь в Чикаго.
- Вот лидер!
- Мистер Геллер!
- Извините, Глэдис. Забудьте об этом. На службе у меня появилась дурная привычка ругаться, и я постараюсь побыстрее от нее избавиться.
- Хорошо, мистер Геллер.
- Ты хорошая девочка.
- Мистер Геллер, вы... м-м-м, вы не встречали там Фрэнки?
- Нет, Глэдис. Это большая война. Он что, на Тихом океане?
- Он тоже на Гуадалканале, вы разве не знали?
- Извините, я не знал. Он, должно быть, находился среди тех военных, которые приехали сменить нас. Он в Американской дивизии?
- Да, конечно, - ответила она. Я заметил, что лицо ее было озабоченным. Ясно, она смотрела на меня - поседевшего, высохшего, с запавшими глазами - и думала о том, как там ее муж. Дело в том, что она теперь была миссис Фортунато: они поженились как раз перед тем, как он ушел на войну. - С ним все будет в порядке, мистер Геллер?
У меня хватило ума не разубеждать ее в этом, я смог сказать:
- Солнышко мое, остров уже захвачен. С ним все должно быть в порядке. Мы с Барни сделали всю тяжелую работу: все, что ему осталось, - это навести после нас порядок.
