– Спасибо, детка. Кстати, послушай, – говорит мне Элли, пока Шон изучает меню. – Некоторые девчонки с нашего этажа завтра вечером устраивают киномарафон с Райаном Гослингом.
Шон стонет.
– Еще один фестиваль с Гослингом? Не понимаю, что вы находите в этом типе. Тощий как скелет.
– Он красивый, – заявляет Элли и смотрит на меня. – Ты в деле?
– Зависит от того, когда.
– У Трейси занятия до самого вечера, но к девяти она освободится. Наверное, примерно в это время.
– Черт, а я в девять занимаюсь репетиторством.
Элли мрачнеет от разочарования.
– А вы могли бы перенести урок на более раннее время? – Она изгибает брови и пытается соблазнить меня: – Вэл готовит сангрию…
Вынуждена признать, что все это действительно соблазнительно. Я давно не тусовалась с девчонками и не пила алкоголь. Да, на вечеринках я спиртное в рот не беру (по очень веской причине), но я совсем не прочь выпить.
– В перерыв я позвоню Гаррету, узнаю, сможет ли он освободиться пораньше.
Шон отрывается от меню, опять заинтересовавшись разговором.
– Значит, вы с Грэхемом теперь закорешились?
– Нет, это отношения «репетитор – ученик».
– Ну-ну, – хмыкает Элли и поворачивается к Шону: – Они самые настоящие друзья. Они пишут друг другу эсэмэски и все такое.
– Ладно. Мы друзья, – ворчливо говорю я. Когда Шон понимающе хмыкает, я сердито говорю ему: – Просто друзья. Так что выкинь все эти грязные мысли из головы.
– Ой, да ладно тебе, не обижайся. Он капитан хоккейной команды и меняет девчонок чаще, чем рулон туалетной бумаги в сортире. Ты же знаешь: все обязательно подумают, что ты – его очередная победа.
– Они могут думать что угодно. – Я пожимаю плечами. – Но у нас все по-другому.
Шона мои слова, кажется, не убедили, и я объясняю это тем, что он парень. Вряд ли в колледже найдется какой-нибудь парень, который поверит, что между мужчиной и женщиной могут существовать исключительно платонические отношения.
Я оставляю Элли и Шона и обслуживаю других клиентов. Когда наступает перерыв, я иду в подсобку и звоню Гаррету. Гудки звучат целую вечность, прежде чем он наконец-то отвечает, правда, его сердитое «Алло!» практически не слышно на фоне громкой музыки.
– Привет, это Ханна, – говорю я.
– Я знаю. Ну ты и тормоз: ведь у меня есть определитель номера.
– Я звоню спросить, мы можем перенести наше завтрашнее занятие?
По моей барабанной перепонке бьет хип-хоп.
– Извини, что?
– Мы могли бы завтра встретиться пораньше? – значительно громче, чтобы он меня услышал, говорю я. – У меня есть планы на девять, так что я хотела бы прийти к тебе в семь. Тебя устроит?
Его ответ тонет в оглушающем рэпе
– Ты где?! – уже практически ору я.
– Дома, – следует невнятный ответ. – Мы тут пригласили народ, чтобы посмотреть игру.
Дома? Судя по звукам, он в самом центре Таймс-сквер.
– Так ты придешь в девять?
Я сглатываю злость.
– Нет, в семь. Это нормально?
– Гаррет, пива мне! – врывается голос. По характерному техасскому акценту я понимаю, что это Такер.
– Подожди, Уэллси. Один секунд. – Я слышу шуршание, потом взрыв хохота. Возвращается Гаррет и говорит: – Ладно, тогда завтра в девять.
– В семь!
– Ладно, в семь. Извини, совсем тебя не слышу. Увидимся завтра.
Гаррет отключается, но я воспринимаю это спокойно. За прошедшую неделю я обнаружила, что Гаррет не утруждает себя прощанием, когда говорит по телефону. Сначала меня это раздражало, но потом я в некотором роде оценила его подход: ведь так экономится масса времени.
Я сую телефон в передник, иду в зал и сообщаю Элли, что завтра вечером я тусуюсь с ней. Она визжит от радости.
– Ура! Жду не дождусь, когда увижу своего Гослинга. Самый. Красивый. Парень.
– Между прочим, я сижу рядом, – бурчит Шон.
– Малыш, ты хоть видел, какой у него пресс? – спрашивает Элли.
Шон вздыхает.
На следующий день я прихожу к Гаррету ровно в семь. Прежде чем подняться наверх, я заглядываю в гостиную, чтобы поздороваться с Логаном и остальными. Логана в комнате нет, зато там сидят Так и Дин, и у обоих на лицах появляется озадаченное выражение, когда они видят меня.
– Привет, Уэллси, – неуверенно говорит Такер. – А чо ты тут делаешь?
– Подтягиваю вашего капитана, что же еще? – Закатив глаза, я делаю шаг прочь от двери.
– Тебе совсем не надо идти наверх, куколка! – кричит Дин.
Я останавливаюсь.
– Почему?
Его светло-зеленые глаза весело блестят.
– Ну… он, наверное, забыл.
– Так я поднимусь и напомню.
Спустя минуту я уже сожалею о том, что не прислушалась к Дину.
– Эй, ты, Грэхем, давай поскорей закончим с этим, чтобы я успела… – Открыв дверь, я замолкаю на полуслове и замираю, как олень, попавший в свет фар.
Меня охватывает дикое смущение, когда я фиксирую увиденное.
Гаррет лежит на кровати во всей своей прекрасной наготе… а верхом на нем сидит обнаженная девица.
Да, мисс Секс-бомба, совершенно голая в облаке белокурых волос, резко оборачивается при звуке моего голоса. Ее соски дерзко торчат вверх, но у меня нет времени оценивать достоинства и недостатки ее груди, потому что воздух разрезает пронзительный визг!
– Какого черта!
