Каждый день люди приходят со скучной работы и устраиваются перед телевизором, чтобы отдохнуть и немного развлечь себя. И многим такая серая монотонная стабильность нравится, как и Февралю, который и представить не мог, что может быть иначе. В случае с ним, чтобы оторвать его от дивана, пришлось вмешаться силам, которые обычному человеку неподвластны.
Холодный мартовский вечер. Темнеет. Ветер с дождем издеваются над заблудшей душой. Все происходит на небольшом мосту через достаточно глубокую реку. По почти черным волнам плывут ледяные глыбы. Серые облака будто танцуют по небу. На фоне всего этого можно и не заметить небольшую неприметную фигуру в серой куртке.
Февраль давно уже возвращался домой этой дорогой с ненавистной работы. Каждый раз останавливался посмотреть на пробегающие под собой волны. Он пытался забыть все то, что произошло за последние два года. А за эти два года у него угнали машину, украли дорогие часы, умерла рыбка.
Список можно еще продолжить, но желания героя не совпадали с тем, что происходило в его жизни. Февраль перебрался в такой район, который даже проходить было неприятно. Асфальт крошился под ногами, постоянно горели мусорные баки, под кустами можно было найти использованные шприцы.
Конечно, Февралю где-то в глубине души хотелось другую жизнь. Ни такую скучную работу, ни такую скучную квартиру, ни такой унылый внешний вид. Но хоть что-то поменять он не решался. Он думал, что у него ничего не выйдет. Утешал себя стабильной средней зарплатой, получая каждый месяц такую сумму, которую хватало на то, чтобы прокормить семью из трех человек.
Но жил он один в двух комнатах с маленьким балконом, разделяя свое одиночество с маленькой красной рыбкой в аквариуме с затонувшим кораблем. Рыбку он назвал Джин. Она прожила у него четыре года, однажды встретив его на поверхности воды брюхом вверх.
Тогда Февраль часа три сидел перед аквариумом, надеясь на чудо. Но оно не произошло. Рыба так и плавала брюхом вверх, качаясь от пузырьков, вылетающих из пушки на затонувшем корабле. Ему стало так не по себе, что он даже взял два дня выходных, чтобы прийти в себя. А трупик Джин отнес на мост, выкинул в затихшие волны. Это была одна из самых печальных ночей в его жизни. Умер единственный друг, с которым он не чувствовал себя одиноким.
Поднимаясь в свою квартиру, Февраль надеялся никого не встретить на своем пути. Но соседка этажом ниже словно чувствовала приближение уставшего человека. У самого носа открылась желтая дверь с номером двадцать шесть.
Из этой дико яркой двери вышла полная сутулая женщина с короткими серыми волосами в темно синем платье с белым воротником и перламутровыми пуговицами. Ее морщинистые тонкие губы растянулись в улыбке, а глаза смотрели в упор.
– Добрый вечер, – поздоровалась старушка.
– Добрый вечер.
– Как там на улице? Дождь еще льет?
Дождя уже не было с осени, но старушке стук капель по крыше мерещился каждый день. В ее квартире было только одно окно на кухне с видом на стену соседнего дома.
– Нет. Там облачно и холодный ветер, – коротко ответил Февраль.
Старушка опустила взгляд на старые часы на своем запястье, которые показывали только пять минут второго. Февраль же поспешил на свой этаж, пока в голове у одинокой старушки не созрел еще какой-нибудь вопрос.
Почему в двухкомнатной квартире только одно окно? Все просто. Покойный муж женщины со сломанными часами был химиком. Вот так в один прекрасный день и не стало у дома куска стены. Ремонт, конечно, химик оплатил после двух недель в больнице.
Стену заложили, полностью перекрасили фасад, но окон больше не было. В комнатах с тех пор почти всегда было темно. Не нужны были и занавески. Их заменили картинами, на которых природа была краше, чем прежний вид из окна, только времена года не менялись.
Дом, в котором жил Февраль, это отдельная история. Эта история началась еще до того, как Февраль купил там квартиру. Всего шесть этажей: цоколь, четыре жилых и чердак. На первом раньше стояли десятки растений, пока биолог со второго этажа не переехал куда – то в другую часть страны. Следующие этажи будоражили воображение разнообразием дверей. Всего 12, но по ним было видно, кто за ними живет. Лестницы и пролеты были светлыми и достаточно просторными. Что было на чердаке, никто не знал. Никто туда не заходил.
Квартира на пятом этаже прямо под чердаком с темно-синей дверью. Когда-то Февраль думал, что это идеальный вариант. Целых три просторных помещения с видом на двор и реку, маленький балкон, и шикарная ванная. Большая, чистая, в цветочек, с зеркалом в пол стены. Единственный приличный уголок в доме.
Ремонт он так и не сделал. Потертый паркет тихо скрипел под ногами. Можно было часами гадать, какими были обои, которые со временем выцвели и покрылись разноцветными пятнами.
Мебель тоже осталась от прежних жителей. Кухня была добротной, служила уже много лет и могла служить дальше. Даже стулья не скрипели, только на столе под салфеткой скрывались небольшие царапины. От мягкой мебели остался только диван. Кресла пришлось выбросить. Из них торчали пружины. Появился только новый матрас на дубовой кровати.
