— Я не имела в виду, что глупо быть с тобой, но что делать, если все зайдет далеко между нами, и что-нибудь случится? Ты, очевидно, был осторожен до этого момента, но бывают несчастные случаи, Тайлер. Если у нас будет ребенок, то ты будешь привязан ко мне навсегда, и мы могли бы, вероятно, исчерпать наши шансы на свидания в будущем. Или, по крайней мере, я могла бы. Я никак не смогу пойти осенью в колледж, будучи беременной.
— Оу! Оу! Подожди секунду. Никто не говорил ничего о том, что ты забеременеешь. И я никогда не говорил, что собираюсь подтолкнуть тебя зайти так далеко, но если что-то и произойдет между нами, я сделаю все, что от меня зависит, чтобы защитить нас. Ты права, несчастный случай может произойти с кем угодно, но, поверь, мне очень не нравится, когда моего потенциального ребенка называют несчастным случаем.
— Ты понимаешь, о чем я.
Он притянул меня ближе.
— Давай не будем торопить события. Ты беспокоишься о том, чего никогда не произойдет.
Я знала, что он был прав. Я переживала и придумывала проблемы, которых нет. С этого момента я буду жить моментом и наслаждаться этими отношениями, пока они продолжаются.
Глава 6
К чему, черт возьми, был этот разговор? Действительно ли Хэдли думала, что я из тех парней, которые были неосторожны, когда дело доходило до секса? Что еще более важно, когда это она начала думать о сексе со мной? С одной стороны, стоило признать, эта идея возбуждала меня, но я знал, что будет лучше, если на этот раз я удержу свои штаны застегнутыми. Хэдли не была похожа на других девушек. И мне нравилось то, что она хранила себя все это время. Я надеялся, что это было для меня, но не обязательно заниматься сексом прямо сейчас. Если бы я правильно расставил приоритеты, мы бы пошли в колледж вместе, и наши отношения развивались бы постепенно, мы могли бы изучить друг друга в интимном плане более подробно.
Если бы кто-либо из моих друзей узнал, о чем я думал, то был бы в ужасе. Я был парнем-гулякой, парнем, который кидается за каждой юбкой, а тут я говорил, что готов ждать, пока Хэдли не будет готова, даже если это означало ждать годы. Как ни странно, я бы с радостью ждал ее, потому что знал, что она этого стоила, ведь обнаружил, что она та самая. До сих пор я просто не знал, как подойти к ней, даже если учесть, что она была мне интересна. Лишь после поцелуя.
Я вспоминал тот поцелуй уже в тысячный раз за все время, он заставлял меня улыбаться каждый раз. Кто бы знал, что один смелый шаг с ее стороны даст толчок чему-то настолько фантастическому? Стоило признать, что это, возможно, было самой лучшей моей идеей. Я не был уверен, недаром же Хэдли считала эти отношения не настоящими, несмотря на то, что случайно заговорила об этом. Я полагал, что это больше как напоминание себе держать дистанцию до тех пор, пока между нами все не станет горячее и труднее.
Скоро пятница, и Хэдли будет сидеть на трибуне в первый раз за этот год. Возможно, даже вообще впервые. Это волновало меня больше, чем что-либо за долгое время. Я собирался играть для нее, выиграть для нее. Если она будет болеть за меня, я буду знать, что все возможно, даже победить наших традиционных соперников, команду, которая нас разгромила, когда мы встречались в прошлый раз. Я не волновался. В отличие от моих товарищей по команде. Я мог сказать, что, несмотря на их ехидные замечания, в глубине души они были напуганы до смерти тем, что мы снова проиграем. В нашей власти было сохранить моральный дух школы, и если мы проиграем — боевой дух будет подорван.
Из-за того, что я отсутствовал на тренировках последние два дня, тренер заставил меня изрядно попотеть. Перед тем как приступить, я уже сделал три подхода по сто приседаний и столько же отжиманий. Мои легкие болели, а ноги горели, но я знал — это лучше, чем разозлить тренера перед игрой. Одно неверное слово с моей стороны, и я оказался бы верхом на скамейке для запасных, а я слышал, что на трибунах будут вербовщики. Никто не говорил, из каких учебных учреждений, но было достаточно только лишь узнать о потенциальных стипендиях, чтобы в раздевалке создалась шумиха.
Тренер дал свисток, и я чуть не рухнул там, где стоял. Мои товарищи по команде уже давно закончили тренировку и теперь получили шанс сыграть, в то время как я должен был справляться со своим наказанием. Тренер подошел и положил руки на бедра.
— Сынок, я знаю, что девушки, кажутся сейчас самым главным в мире, но что мы узнали из сегодняшних занятий?
— Девушки не важнее тренировок, тренер.
Он кивнул.
— Ты можешь тусоваться со своей подругой и делать все, что пожелаешь, но только в свое свободное время. А тренировка — это мое время, и в эти часы ты должен быть у меня. Смотри, не опоздай завтра после занятий, иначе не будешь играть в пятницу. Меня не волнует, насколько, по-твоему, ты любишь ту девушку, с которой встречаешься. Когда дело доходит до футбола — она занимает заднее сиденье.
— Понятно, тренер.
— Иди в душ. Если ты окажешься возле нее, и от тебя будет так разить, то снова станешь одиноким.
