- Кого ты пыталась провести, крошка? - беззлобно проворчал отец. Здесь только два пути, и вычислить тебя было несложно. Через поле ты вряд ли бы стала продираться - оно слишком заросшее, остается прямая дорога. Мы увидели тебя с чердака. Можешь не звать на помощь - соседей здесь мало, а те, что есть, знают - с нами лучше не связываться.
Кейт уже знала это, за время пути ей попались навстречу только двое, и оба - дряхлые старики, которые вряд ли стали бы связываться с человеком с ножом.
- Вы думали, что я не буду пытаться убежать? - сказала она.
- Мы не злы на тебя, крошка, - этого и следовало ожидать. Я знал, что тебе не нужны никакие тряпки. Даже сомневаюсь, что у тебя действительно твои женские дела.
Кейт уже сама жалела о своем отчаянном поступке.
- Хитра же ты, бестия! - рассмеялся мужчина. - Лучшего, чем женские дела, ты не могла бы и придумать. Шарки тебе поверил - он еще ребенок. Что ж, нет худа без добра, это послужит ему уроком.
Кейт ничего не оставалось, как покорно пойти за своими похитителями.
- Вам могут заплатить гораздо больше,- повторила она, пытаясь использовать последний шанс.
- Не сомневаюсь, - усмехнулся мужчина. - Но для нас это дело чести, иначе мы потеряем работу. Наш заказчик знает, что на нас есть о чем донести, и, если мы нечисто сработаем, нас могут вздернуть. Я, правда, не думаю, что он на нас донесет, но твои друзья, крошка, вполне могут.
- Может быть, следует напомнить вам, что, хотя мои родители и небогаты, у меня есть влиятельные родственники и друзья?
- Как я уже сказал, крошка, дело не в деньгах.
- И что вы со мной сделаете? Убьете - я хочу сказать, замочите? поправилась Кейт, вспомнив, как будет "убить" на воровском жаргоне.
Мужчина остановился и посмотрел на нее с удивлением:
- Мокрухой мы не занимаемся, крошка, не наша работа.
- Для чего вы меня похитили? - спросила она.
- Сами не знаем, - усмехнулся тот. - Нам велели - мы похитили, нам-то что за дело, зачем? А и знали бы, тебе все равно не сказани - это тоже часть нашей работы.
- Лично мы ничего против тебя не имеем, крошка, - поспешил заверить ее Шарки, очевидно, испытывая к девушке нечто вроде жалости, так как в глазах Кейт стояли слезы.
Реакция парня поразила Кейт. Она была не из плаксивых, к тому же по опыту со своими братьями знала, что мужчин, как правило, слезами не разжалобишь. Впрочем, отец и сын, судя по их виду, все-таки были немного тронуты.
- Тяжело быть оторванной от семьи и друзей, - проговорила она, чтобы дать объяснение своим слезам. - Дело даже не в том, что я боюсь за себя, хотя, если уж на то пошло, и в этом тоже. Но это очень огорчит лорда и леди Суонсонов и сэра Аласдера - он мой... - она замялась, - друг...
Отец и сын многозначительно переглянулись, и Кейт пожалела, что упомянула об Аласдере.
- Я не уверена, что снова увижу маму, папу, братьев, - говорила она, размазывая слезы по щекам. - Они отправили меня в Лондон, чтобы я посмотрела столицу, но сами они - простые люди из провинции. Кто мог так ненавидеть меня, чтобы сыграть такую злую шутку?
- Не можем сказать тебе, лахудра, - отрезал мужчина. - Пошли, сварим тебе чаю, дадим кое-чего пожевать...
Кейт не знала, что такое "лахудра", но спрашивать не стала.
Вернувшись в дом, они уселись за стол. Отец стал возиться с чаем, сын же извлек откуда-то кусок баранины, немного заплесневелый, полкраюхи хлеба и небольшой кусок сыра. Кейт, уже переставшая плакать, предложила им помочь, но те лишь посмотрели на нее с удивлением.
- Причешись хотя бы, - произнес парнишка, резавший сыр на старой, поцарапанной тарелке, - а то выглядишь как чучундра.
- Что такое "чучундра"?
- Ну, так говорят о том, кто выглядит, как чучело гороховое, - объяснил отец.
- То же самое, что "лахудра"? - полюбопытствовала она. Похитители переглянулись, явно чувствуя себя неловко.
- Нет. - Старший отвернулся, переключив все внимание на котелок, который начинал кипеть. - "Лахудра" - это другое. Мы назвали тебя лахудрой, потому что ты подружка того джентльмена.
- Какого именно? Я дружу со многими джентльменами...
- Сэра Аласдера, - произнес Шарки, оправляя в рот ломтик сыра.
До Кейт вдруг дошло, что они имеют в виду. Она в бешенстве вскочила на ноги:
- Если вы считаете, что я его любовница, то это не так! То, что вы похитили меня, не дает вам права меня оскорблять! Кто вам это сказал? Тот, кто нанял вас? Да, я знаю, что внимания сэра Аласдера добиваются многие женщины, - перед глазами Кейт вдруг встали леди Элеонора и три сестры Суонсон, - но уверяю, я к ним не принадлежу. Любовницей его я никогда не была и никогда не буду! - добавила она, чувствуя, однако, что в глубине души жалеет о том, что не может быть его любовницей.
- Что ж, - равнодушно произнес парень, - не наше дело - любовница так любовница, нет так нет.
- Не наше дело, - поддержал его отец. - Садись, ешь, красавица!
- Не хочу! - У Кейт пропал аппетит.
- Хочешь не хочешь - ешь. Помрешь еще, чего доброго, с голоду, а нам потом отвечай. Или ты решила устроить голодовку? Нас этим не возьмешь, красотка!
