– Доброе утро, – коротко здоровается он и уже хочет пройти мимо, когда я торможу его.
– Андрей, вы не могли бы отвезти меня сегодня в садовый центр?
Он останавливается и смотрит на меня. Медленно кивает.
– Могу, конечно. Только после обеда, Алексей Валерьевич дал мне задание, я сейчас уезжаю.
– Конечно. После обеда мне подходит.
Кивнув, Андрей скрывается за домом, а я продолжаю пить кофе. Правда, теперь не ощущаю той безмятежности, что пару минут назад. Потому что мне нужно пойти к мужу и обсудить с ним свою идею с цветами. А я волнуюсь… Не боюсь, а именно волнуюсь. Как будто вчерашнее появление Алексея в доме моих родителей и его слова о рояле изменили все. Еще и эта поездка на машине. И ночные объятия. Сейчас я уже сомневаюсь, что мне это приснилось.
Растягиваю небольшую порцию кофе настолько, насколько могу. Цежу до последней капли, и только после этого встаю и направляюсь в кабинет мужа. Пытаюсь заготовить какую-то речь, чтобы он согласился. Придумать железные аргументы. Только вот все слова выветриваются из головы, когда я подхожу к кабинету мужа.
Возле двери, по обыкновению, стоят два громилы. Рядом с ними Макс, его я уже знаю. Глава службы безопасности Алексея.
– Доброе утро, – здороваюсь я, и они тут же негромко отвечают приветствиями. – Мне нужно поговорить с Алексеем.
– Простите, Татьяна Владимировна, не сейчас, – хмуро отвечает Макс. – Будет лучше, если вы пока побудете в своей комнате.
Теперь хмурюсь я.
– Разве я пленница в этом доме?
– Нет, конечно, – он качает головой. – Но Алексей Валерьевич просил, чтобы вы пока не появлялись в районе его кабинета.
Недовольно поджав губы, разворачиваюсь и иду к лестнице. Поднимаюсь наверх и захожу в спальню, хлопнув дверью.
И что теперь? Мне постоянно так сидеть?
Странное дурацкое замужество! На улицу не выходи, у кабинета не появляйся! Алексей еще и обнимает меня ночью!
Вообще каждый отход ко сну для меня словно пытка. Я каждый раз жду, что Алексей потребует исполнения супружеского долга, к которому я не готова! И я трясусь, как кролик. Ложусь спать и жду, что он придет и возьмет то, что принадлежит ему по закону. Сколько я протяну в таком режиме?
Схватив книгу из привезенных вчера, отправляюсь в комнатку с окном. Подтягиваю к нему стоящее в углу кресло. Устраиваюсь с ногами и открываю книгу. Но читать не получается. Сердце грохочет, а невысказанные претензии царапают горло острыми гранями букв. Не могу сосредоточиться и уловить смысл написанного.
Бросаю эту затею и перевожу взгляд за окно. Все! Теперь мне и газоны не нравятся! Пока там не появятся цветы, ровно подстриженная трава будет казаться бесцветной.
Так я провожу день до самого вечера, спустившись один раз, только чтобы пообедать. Снова в одиночестве. После обеда ко мне приходит экономка спросить, поеду ли я в садовый центр, и я отказываюсь. А толку ехать туда, если я даже не знаю, можно ли мне посадить цветы.
Если еще вчера я думала, что Алексей наверняка позволит, то сегодня сомневаюсь. После того, как мне без крайней необходимости запретили появляться на первом этаже, я вообще уже ни в чем не уверена.
Вечером, когда устрашающего вида машины покидают подъездную дорожку, горничная приглашает меня спуститься к ужину.
Отложив книгу, иду вниз. Всеми фибрами души ощущаю, что ужинать сегодня я буду не одна. Так и получается. За столом уже сидят Алексей и Галина Сергеевна. Она рассказывает сыну о том, что выезжает прямо завтра.
– Надо же ничего не забыть, – продолжает она, когда я захожу в гостиную. – Я, конечно, составила список, но все происходит так быстро, что могу что-нибудь упустить. О, добрый вечер, Танюша, – улыбается она, провожая меня взглядом до стола.
– Приятного аппетита, – желаю, не глядя на мужа, и присаживаюсь по правую руку от него.
– Спасибо. А я тут рассказываю Леше о своих сборах. Он у меня не любит затягивать процесс, так что дал всего два дня на подготовку, вот я и кручусь как белка в колесе.
– Это же хорошо. Нет времени грустить.
– Ты права, – отвечает она.
Мне кажется, мама Алексея, несмотря на свою скорбь по мужу, ощущает и облегчение от его смерти. Наверное, это ужасно, любить человека и в то же время радоваться его кончине.
– Ой, Лена звонит, – спохватывается Галина Сергеевна и встает из-за стола, параллельно отвечая на звонок подруги.
Я принимаюсь за ужин, который услужливая экономка поставила передо мной.
– Макс сказал, что ты сегодня хотела зайти, – говорит Алексей, а я молча киваю. Во мне опять закипает злость, не слитая за целый день. – Что хотела? Или просто поболтать пришла?
– Цветы хочу во дворе посадить. Можно? – резковато спрашиваю я, не глядя на мужа.
– Тебе все можно, – спокойно отвечает он. – Даже смотреть на меня.
Поднимаю голову и сталкиваюсь с ним взглядом. Алексей всегда смотрит так, будто изучает меня под микроскопом.
– Все? – спрашиваю с вызовом и по лицу вижу, что он сомневается, стоит ли позволять мне все, что захочу.
– Все, – медленно кивает и слегка прищуривается.
– Тогда я хочу отдельную спальню.
Татьяна
