Джейми взял меня за руку и повел ко входу в общежитие, остановившись лишь у входа, после чего отпустил и холодно бросил:
— Я могу трахнуть тебя, но тогда ты станешь для меня очередной девкой, которая проводит ночь в моей постели. Если ты согласна на такой вариант, то я совершенно не против. Могу даже заплатить за секс. Деньги всем сейчас нужны.
Моя рука с молниеносной скоростью отвесила ему пощечину, от которой у него даже дернулась голова. Недобро усмехнувшись, Джейми потер щеку, на котором алело пятно, а я дрожащим от ярости, обиды и невероятного разочарования голосом произнесла:
— Если я с кем-то и готова переспать, так это точно не с тобой. Даже за твои грязные деньги, — помолчав немного, я посмотрела в его беспристрастное лицо и горько добавила: — Не понимаю, как могла влюбиться именно в тебя…
С разрывающимся от боли сердцем я влетела в общежитие и побежала по лестнице, не стесняясь ни всхлипов, ни рыданий. Еще одна рана. Но ничего, она заживет. Пройдет время, и все забудется. И она, и Джейми, и моя любовь к нему.
"Стоит дать слово, что не будешь чего-нибудь делать,
как непременно этого захочется".
(Марк Твен)
Я встала под струи горячей воды и вздрогнула от понимания, как холодно мне до этого было. Я настолько физически и морально устала, что готова была упасть прямо здесь в вечный сон и больше никогда не вставать. Я помнила его прикосновения. Помнила каждый вдох и выдох. Помнила слова, что покидали его грудь. Помнила поцелуи, что вызывали во мне пожар. Помнила взгляд, которым он окидывал мое тело. И это было больно. Он разрушил все. Одним предложением сломал то, что между нами успело возникнуть, стер те прекрасные мгновения, превратив их в минуты разочарования и отчаяния. Ненавижу его и люблю одновременно.
Я ударила кулаком по стене, оставив на плитке следы крови, и прислонилась к ней головой, ощущая себя ужасно бессильной. Я догадываюсь, чего он испугался: моего брата, того, что наши отношения могут разрушить их дружбу, реакцию Темпла на то, когда он узнает, что мы с ним вместе. Но даже это не спасает его от того, что Джейми — трус, бессердечный и жестокий. Сказать мне такие слова… Как у него язык повернулся? Как он мог говорить мне такое? Как посмел не стесняться смотреть в глаза и произносить эти грязные слова?! Слезы потекли по щекам, а в сердце поселилась обида.
Закрыв кран, я, полностью нагая, повернулась к Коко, которая сидела на скамье и старалась не смотреть на меня, и взяла из ее рук полотенце, оборачивая его вокруг своей голове. Ее взгляд вернулся ко мне, и я увидела в них сожаление. Она переживала за меня. Натянув на себя халат, я устало села рядом с ней и положила голову на плечо Коко, которая тут же обхватила меня рукой за плечи.
— Что ты планируешь делать дальше? — спросила она.
Было тихо, из-за чего капли воды, падающие на пол, эхом отражались от голых стен. Три часа ночи. Все спят. Я вздохнула, ощущая, как сильно пульсирует моя голова, и посмотрела на нее, оперевшись подбородком на руку.
— Не знаю.
Мы замолчали, подбирая слова.
— Ты не думала поговорить с ним? — нахмурилась Коко.
— Нет, — ответила я, смотря на пальцы своих ног, но они были размытыми — в глазах вновь стояли слезы. — Я устала с ним разговаривать. Не хочу.
— Но ты ведь нравишься ему!
Я встала, ощущая в себе желание сбежать отсюда.
— Нет, не нравлюсь!
— То, что произошло между вами, — доказательство обратному! — вскричала Коко, схватив меня за руку, но я скинула ее и выбежала из душевой, направляясь к нашей комнате.
Она шла сзади, окликая меня по имени, но я игнорировала ее, и тут мой взгляд невольно упал на комнату Джейми. Черт бы побрал это все. Я сменила направление и прошла дальше, остановившись возле двери со знакомым номером и забарабанила по ней. Не услышав ответа, я вновь начала бить по ней, только уже кулаком, а Коко стояла рядом и постоянно озиралась, явно боясь, что кто-то проснется.
Послышался щелчок, и из-за двери показался полуголый Эйден со взъерошенными волосами, красными губами и засосом на груди. Мы уставились друг на друга, не находя слов, и я, чувствуя ужасную тошноту, покачнулась, понимая, что все это значит. Ничего не сказав, я оттолкнула Эйдена, выкрикнувшего мое имя, и ворвалась в комнату, увидев целующихся Альму и Джейми. Она сидела сверху, обнаженная и невероятно сексуальная, а он лежал под ней без запятнанной майки, что валялась на полу, и со спущенными штанами. Внутри все оборвалось, и я сжала руки в кулаки, смотря то на одного, то на другого. Эйден встал рядом, а Альма и Джейми в замешательстве глядели на меня.
Они часто так делали. Часто спали с одной девушкой, практикуя групповой секс, и объясняли это тем, что они братья, что они все делят пополам. Джейми попытался приподняться, но Альма положила руку на его грудь и опустила обратно, отчего он перевел взгляд на нее. Эйден попытался приобнять меня, но я толкнула его в бок, понимая, что вся эта картина вызывает во мне отвращение и тошноту.
— Не трогай меня! — вырвалось из моей груди.
