Там, где трубили в рог, Рома разглядел здорового мужика, который, в отличие от остальных был похож на живого. Он и дул в рог, наполнив воздух оглушительным рёвом. Рядом с ним, на слоне, который был вдвое больше остальных, восседал Денис. Он был одет в блестящие доспехи, на плечи его накинут красный плащ, а на голову он зачем-то водрузил золотую корону в форме двух закрученных рогов, как на изображениях дьявола.
«Хренов рыцарь. Шут коронованный».
Других ассоциаций у Ромы тогда не возникло. Денис поднял правую руку и отмашкой дал команду. После этого вся его многотысячная армия двинулась вперёд. Мертвецы не бежали, не издавали никаких звуков, кроме топота костлявых ног. Армия смерти, не иначе.
– Надо уходить назад, спрятаться за нашими войсками. Ника, ты сможешь кинуть их в бой? – спросил Рома.
– Конечно. Только давай сначала уйдём отсюда.
Рома создал рядом четырёхместный багги.
– Ого. Круто. Всегда хотела на таком прокатиться, – сказала Ника.
Удивительно, но всё это время Алиса не подавала голоса. Роме не нравилась её реакция. Слишком она была отстранённой. А где отстранённость, там дурные мысли.
– Алиса, всё в порядке? – спросил Рома, когда они сели в транспорт.
– Да, насколько это возможно.
– По тебе не видно.
– Всё нормально. Я просто чувствую, что он что-то задумал.
Рома попытался сказать как можно мягче:
– Послушай, Алиса. Он всегда что-то замышляет. Мы видели его в деле, а теперь он силён как никогда. Не думай об этом. Справимся.
Она ничего не ответила, Рома и не ждал. Он направил багги к центру созданной Никой армии и думал, как со всем этим разобраться. Дочь в это время довольно бубнила себе под нос, восхищаясь, что стала главнокомандующим.
Рома увидел, как выстроенные ряды солдат расходятся, пропуская их к себе в тыл. Прибыв на место, он быстро материализовал наблюдательную вышку, куда сам вместе с Никой и Алисой тут же забрался. Теперь перед ними открывалась огромная площадь с двумя многотысячными войсками, предназначенными для выяснения одной простой истины – кто из командующих лучший стратег.
– Командуй, – сказал Рома дочери, и их войско двинулось навстречу вражескому.
Каскад спал плохо. Сейчас, под утро, бушевала гроза, шёл ливень, и слабые ручейки воды уже начали просачиваться в блиндаж. Гром ударял в уши жуткими раскатами, и если бы не плачущее небо, он посчитал бы, что рядом рвутся артиллерийские снаряды.
Кроме него в блиндаже спали ещё два солдата, и оба храпели, несмотря на громкие звуки снаружи. Около полуночи Каскад разбудил их, приказав поднять с пола свою экипировку и оружие, чтобы не залило водой.
Несколько часов назад Каскад ещё не знал, что эта ночь будет особенной, хотя командование предупреждало, что в последнее время со стороны противника отмечена сильная активность: они подвозили боеприпасы и перемещали технику. Кроме того, все околовоенные Телеграм-каналы в один голос вопили, что со дня на день стоит ожидать распиаренного контрнаступления.
Но Каскад почему-то был спокоен. А чего бы ему нервничать?
Командование предупредило, да. Но по-прежнему никто не удосужился прикрыть его правый фланг. Там как не было никого, так и нет. А значит, хоть сколько предупреждай, толку – ноль.
И всё же сегодня пусть с опозданием, но осознание начала конца пришло к Каскаду.
Уснул он рано, но посреди ночи проснулся раз – льёт дождь, и они убрали амуницию. Проснулся два – слышны раскаты грома. Проснулся три, уже под утро – послышался шёпот мертвеца, и больше он уснуть не смог.
Но то была не человеческая речь, то было нечто другое, разговор ветра, дождя и посторонних шумов. Труп давал понять, что время Каскада пришло.
Ветер стал усиливаться и теперь, перебивая стук капель дождя, насвистывал Каскаду: «У-у-у… У-у-у… У-у-и-и-и…» Офицер лежал в оцепенении и переводил язык ветра на человеческий: «у-у-умри-и-и». В холодном поту он то и дело поглядывал на часы. Половина четвёртого утра – самое опасное время. Именно под утро, когда бдительность часовых падает, противник и начинает своё наступление.
«Лишь бы дожить до рассвета. Лишь бы дожить».
На смену ветру Труп посылал свои сигналы через дождь.
Тук-тук-тук. Тук-тук. Тук.
Каскад не знал азбуку Морзе, но он успел выучить повадки мертвеца. Казалось, они с Трупом были теперь почти родными и близкими, но теми самыми, что от слишком хорошего познания возненавидели друг друга и стали злейшими врагами.
Тук-тук-тук. Тук-тук. Тук.
Дождь тоже был на стороне Трупа, хотя раньше Каскад посчитал бы иначе. Раньше он радовался непогоде. Если стоял туман, дождь или слишком сильный ветер, значит, не будут работать вражеские дроны и никто не скинет тебе на голову ни ВОГ, ни Ф-1, ни РГД. Сегодня же непогода работала на врага, точнее, на мертвеца, потому что, как считал Каскад, противник тоже служил этому вездесущему ублюдку.
Всего лишь месяц назад Каскад посчитал бы, что сошёл с ума. Теперь был уверен в своей правоте так же, как и в том, что на руках у него по пять пальцев.