Себастиан вздохнул. Черт, чистый дурдом. Скоро, пожалуй, ходьба по лесу покажется более привлекательной. Правда, могло быть и хуже. Здесь могла оказаться Малин Окерблад. Но она, слава богу, уехала утром в Карлстад и, если ничего особенного не случится, вернется не раньше завтрашнего вечера. Утром он не будил ее до половины шестого, а потом растолкал и объявил, что ей необходимо уйти. Она поинтересовалась почему, и он, в виде исключения, избрал правду:
— Я ни за что не хочу, чтобы тебя увидели Торкель и остальные. Ему это наверняка не понравится.
И приправил ложью:
— Я надеюсь, что мы сможем повторить…
Она понимающе кивнула и намекнула, что тоже ждет повторения, когда они встретятся в следующий раз. Себастиан изобразил улыбку.
Он надеялся, что она не разоблачит его по приезде и не станет к нему липнуть. Временное перемирие с Торкелем носит хрупкий характер.
Себастиан покинул комнату, свернул по коридору направо и спустился на несколько ступенек в кухню. Его ждал молодой человек в бежевой с синим одежде. Поверх темных волос — бейсболка. Заостренное, худое лицо. Близко посаженные карие глаза. Шрамы от неприятной угревой сыпи на лице.
— Рассказывай, — сказал Себастиан и, не представившись, уселся напротив него за кухонный островок.
— Я утром увидел в газете, что вы ее разыскиваете. — Он указал на фотографию Николь на первой странице лежавшей между ними газеты.
— Да, — подтвердил Себастиан, ожидая продолжения.
— Я видел ее. Вчера.
— Да, знаю, единственное, что нас интересует, это
— На работе. На бензоколонке, — ответил парень, показывая на эмблему фирмы на рубашке. — Она вошла, и я подумал, что она вместе с кем-то, кто заправляется, или что-нибудь в этом роде, но она торчала у холодильника и, казалось, никого не знала.
— Так, интересно, но где? — более нетерпеливо спросил Себастиан.
— Я точно не знаю, но думаю, она украла немного еды, — продолжил парень с бензоколонки, словно репетируя свою историю и не собираясь отступать от сценария.
— Наверняка украла, — кивнул Себастиан. — Где? — спросил он в надежде, что на третий раз получится.
Вернувшись в комнату, Себастиан быстро отыскал бензоколонку на карте. Воткнул булавку и рядом надписал фломастером дату и время. Он услышал в коридоре шаги и увидел проходившего мимо мужчину, за которым следовал Эрик.
— Эрик! — закричал Себастиан.
— Сейчас приду, только провожу до выхода этого человека, — ответил Эрик, кивая на конец коридора и спину идущего перед ним мужчины.
Себастиан уселся и опять посмотрел на карту, словно та могла рассказать ему, куда направилась Николь после того, как стащила на бензоколонке еду. Она пошла от дома Карлстенов на северо-запад. Продолжила ли она двигаться в этом направлении? Как далеко она, в таком случае, ушла? Есть ли у них в том районе группа?
— Что ты хотел? — спросил Эрик, заглядывая в комнату, и Себастиану не потребовалось даже воображать нежелание в его голосе.
— Она вчера была здесь, — сказал Себастиан, встал и показал. — Украла на бензоколонке еду.
Эрик вошел в комнату и с интересом посмотрел на карту.
— Я только что разбирался с вторжением в летний домик, в километре оттуда. — Он подошел, встал рядом с Себастианом и показал где. — Разбито стекло, украдено только немного еды, и выглядит так, будто кто-то спал под одной из кроватей.
— Под кроватью?
— Да, там остались лежать подушка, одеяло и покрывало.
Мозг Себастиана заработал с бешеной скоростью.
Испуганная маленькая девочка.
Боится всего, но вынуждена спать, вынуждена есть.
Это мог быть и кто-нибудь другой, но домик расположен в правильном направлении, и все вещи, не представляющие никакого интереса для девочки в бегах, на месте.
— Если это она, то она продолжает двигаться на северо-запад. Что там дальше находится?
— Граница с Норвегией…
— Вряд ли она хочет эмигрировать, — пробормотал Себастиан. — Что там находится по пути в Норвегию? — продолжил он и описал пальцем кружок на карте.
Более пристально изучив карту, Эрик с некоторым отчаянием покачал головой.
— Собственно, ничего. Или да, Медвежья пещера, но маловероятно, что она ее знает, а если знает, то ни за что туда не пойдет.
— Почему?
— Там в восьмидесятых годах пропали два парня. Их так и не нашли. — Эрик обернулся к Себастиану. — Здесь всем детям объясняют, что если туда зайти, тебя никогда не найдут.
Все встало на свои места.
— Этого-то она и хочет, — машинально произнес Себастиан. — Там она и находится. — Увидев скепсис во взгляде Эрика, он опередил его: — Да, я уверен. Вызывай остальных и едем туда.
Внезапно она проснулась.
От какого-то звука. Да, должно быть, от звука.
Она отметила, что снаружи светло. Свет частично проникал к ней в расщелину, но все-таки был недостаточно ярким и не мог разбудить ее. Но все-таки это значит, что она зашла недостаточно глубоко в пещеру. Надо переместиться. Дальше. В темноту. В забвение.
Холодно. Изо рта вылетают белые облачка пара. Но разбудило ее не это. Она более или менее мерзла всю ночь. Нет, она не сомневалась в том, что причина в другом: в звуке.
