Торкель предложил, что лично позвонит и попросит дополнительные ресурсы, но Эрик подумал, что лучше сделать это самому. Иначе существовал риск, что скажут, будто он спрятался за Госкомиссию и полностью утратил контроль.
Арвика особой проблемы не представляла. Сотрудничать с Региной Хульт было легко. Узнав, что ему требуется и зачем, она незамедлительно послала к ним четверых сотрудников, которых сочла подходящими для такого задания. Теперь оставался Карлстад.
В Карлстаде находился Ханс Уландер.
— Как идут дела? — спросил Уландер, едва услышав, кто звонит. В высшей степени нормальный вопрос от вышестоящего начальника, но произнесенный Уландером он прозвучал для Эрика скорее, как «Дела идут неважно, да?».
— Расследование продвигается вперед, поэтому я и звоню. Мне немедленно необходимы дополнительные сотрудники. На короткое время.
— Дополнительные сотрудники. Зачем они тебе?
Эрик засомневался. Торкель не советовал ему упоминать «FilboCorp» или фамилии тех, кого предстоит обыскивать, поскольку, чем больше народу знает, тем больше возможностей для утечек.
— Мы сегодня будем проводить несколько обысков, — сказал Эрик. Столько сообщить Уландеру все-таки необходимо, чтобы он послал подходящих людей.
— Значит, вы близки к раскрытию?
— Мы на это надеемся.
— Я тоже надеюсь. Мы пока предстаем в прессе не слишком эффективными.
Эрик не ответил. Он заранее знал, что Уландер воспользуется этим разговором, чтобы как-нибудь насолить ему. Теперь ему предстояло узнать, как именно.
— Я обдумывал, не послать ли тебе на помощь Пера.
Эрик представил себе весь сценарий. Пер Карлссон, второй кандидат на должность Эрика, приезжает в Турсбю, когда расследование идет уже неделю, и находится там, когда оно, можно надеяться, завершится. Уландер, подчеркнет, что дело раскрыли при участии Пера Карлссона. Его кандидата на место Эрика. Значит, выбрав Эрика, люди ошиблись.
— Расследование ведет Госкомиссия, мы им только ассистируем, — сказал Эрик, не повышая голоса. Этого удовольствия он Уландеру доставлять не собирался. — Не знаю, что здесь сможет сделать Пер.
— То же, что ты, только, можно надеяться, немного лучше.
— Расследование ведет Госкомиссия…
— Да, ты уже сказал, — перебил его Уландер.
— Они не просили еще одного комиссара уголовной полиции, — продолжил Эрик, притворяясь, будто не заметил этой маленькой реплики. — Им требуются люди для проведения нескольких обысков.
— Не то чтобы у меня тут имелся персонал, с которым я не знаю, что делать.
Эрик не верил своим ушам. Неужели Уландер откажет им в помощи? Неужели его неприязнь к Эрику так велика, что он намерен препятствовать их расследованию? Одно дело не любить его, и совсем другое — действовать непрофессионально и быть плохим полицейским и начальником.
— Ты не можешь обойтись без трех человек? — спросил он, тщательно придав своему голосу недоверчивость.
— Тут сейчас напряженно, у нас многие болеют, — продолжал сопротивляться Уландер.
Эрик закрыл глаза. Когда-нибудь в будущем ему все равно придется с этим разбираться. Схлестнуться с Уландером. Раньше он надеялся, что успеет к тому времени немного освоиться, больше сделать в качестве комиссара с особыми полномочиями, чтобы его слова больше весили, возможно, обзавестись поддержкой нескольких вышестоящих начальников, но сейчас он почувствовал, что не в силах дальше играть в дурацкие игры Уландера.
— Ханс, я понимаю, чего ты добиваешься, — спокойно и отчетливо проговорил он. — Но это будет выглядеть не так, будто я потерпел неудачу. Если ты откажешься послать дополнительный персонал, все об этом узнают и поймут, что к чему. Это ударит по тебе, а не по мне.
На другом конце стало тихо. Настолько тихо, что Эрик задумался, не прервалась ли связь и не положил ли Уландер трубку.
— Ханс?..
— Сколько людей тебе надо? — быстро донеслось из трубки. В голосе безошибочно угадывалась сдерживаемая злость.
— Троих, лучше четверых.
— Они приедут.
— Спасибо.
Эрик приготовился закончить разговор и уже собирался положить трубку, когда снова услышал голос Уландера. Мрачный и не предвещающий ничего хорошего.
— Но Эрик. Даю тебе эту неделю, потом я сам подключусь к расследованию вместо тебя, и тогда это
Потом опять стало тихо. На этот раз начальник действительно положил трубку.
Эрик убрал телефон. Вот оно и вылезло. Дружба Пийи с начальником областного полицейского управления. Провоцировать Уландера, возможно, было ошибкой. Ошибкой, которая может повлиять на его дальнейшую карьеру в полиции.
Вот о чем он думал, сворачивая на площадку перед домом Франка Хедена.
— Ну, мы приехали, — произнес он и, услышав собственный голос, сообразил, что за всю поездку не сказал ни слова Ванье, которая с любопытством разглядывала дом через окно. Торкель когда-то говорил, что она лучшая из тех, с кем ему доводилось работать.
Эрик надеялся, что это правда.
Он надеялся, что сегодняшняя работа принесет им столь необходимый прорыв.
Ему очень не хотелось, чтобы его отсюда удалили.
