Жертву опознали в одной из благотворительных организаций, к данному моменту полиция уже получила подтверждение из Министерства внутренних дел и Службы поддержки беженцев. Установление имени жертвы породило новый всплеск энтузиазма. Полицейские стремились достичь реальных успехов. Для честолюбивых это было как соревнование.
Взрыв хохота в углу комнаты заставил Харт поднять глаза. Ну да, сержант Фостер отмочил очередную непечатную шутку. Каждый раз, когда ей казалось, что он уже начинает ей нравиться, Фостер выдавал что-нибудь такое, что выводило ее из себя и отталкивало от него. Она вернулась к своим записям и скорее почувствовала, чем увидела, как он продефилировал мимо нее и вышел из комнаты.
Некоторое время спустя Харт подошла к кабинету инспектора Рикмена. В приоткрытую дверь она увидела инспектора и сержанта Фостера, с головой ушедших в бумажную работу. Она легонько постучала по косяку, и Рикмен поднял голову.
— У нас имеются успехи, босс, — доложила она, стараясь, чтобы голос ее звучал ровно. Несмотря на противоречивое отношение к детективу Фостеру, ей хотелось выглядеть в его глазах особой сдержанной и невозмутимой.
Рикмен вздернул подбородок — жест любопытства и ободрения.
— Знаете такого Джордана? — спросила она.
Рикмен медлил с ответом.
— Алекса Джордана? — наконец спросил он.
Харт утвердительно кивнула:
— Его сестра работает на станции переливания крови.
— Ну и?
Харт почувствовала смутное раздражение. Он что, хочет, чтобы она ему разжевала и в рот положила?
— Дженнифер Грант, урожденная Джордан. Она брала у вас кровь во время донорской сдачи.
Фостер даже не поднял глаз от своей работы, и ей пришлось подавить в себе порыв выхватить эти дурацкие отчеты у него из-под носа. Сестра Джордана подставила Рикмена, это очевидно, но ни Фостер, ни сам инспектор этим даже не заинтересовались.
— И мы можем связать ее с кражей крови? — спросил Рикмен.
Харт почувствовала легкое разочарование. Рикмен со своим нудным вниманием к мелочам портил все удовольствие от ее успеха в расследовании.
— Ну конечно, она не одна имеет доступ, — неохотно согласилась Наоми. — Но учитывая характер деятельности ее брата…
Фостер бросил ручку на стопку бумаг, которые читал, и перебил Харт:
— Ладно. Это вроде как присутствовать при чужом телефонном разговоре: один говорит, а что другой отвечает — неизвестно. Как насчет того, чтобы заполнить пробелы?
— Джордан — сутенер, — пояснила Харт. — На него работает по меньшей мере полдюжины проституток.
Фостер наморщил лоб, затем его осенило:
— Так это Лекс Джордан! Никто, кроме мамаши, Алексом его не зовет.
— Лекс, Алекс — какая разница, — сказала Харт, теперь даже не пытаясь скрыть свое разочарование. — Я думаю, это именно его сестра взяла вашу кровь, босс.
— Выходит, это она хотела подставить Рикмена? — спросил Фостер.
Харт не успела заметить, как на секунду напряглось лицо Джеффа.
— Вот это я и собираюсь выяснить, — сказала она. — Составите мне компанию, сержант?
Фостер одарил ее одной из своих хитрых улыбок:
— Ли Фостер — парень не компанейский, Наоми.
Харт переводила взгляд с одного на другого. Ну что такое? Какой-то мальчишеский клуб — девчонкам ничего знать не положено? Она подавила в себе раздражение несправедливостью системы и сказав: «Отлично», развернулась на каблуках.
— Детектив Харт, — окликнул Фостер.
— Сержант? — Она не пыталась быть вежливой.
— Вы проделали огромный труд. Не так ли, босс?
— Да, — согласился Рикмен. — Отличная работа.
Брови Харт полезли вверх. «Ну дела! Он чуть не подавился этими словами», — подумала она.
Рикмен ждал, пока стук каблучков детектива Харт стихнет в конце коридора. Сестра Джордана. Он должен был понять это раньше. Он ведь уже почти догадался: перебирая в памяти процедуру сдачи крови — минуту за минутой, — он был близок к тому, чтобы узнать это лицо.
Рикмен с недоверием уставился на Фостера:
— Черт тебя дери, Фостер! Ты не знал, что она сестра Джордана?
Фостер ощетинился:
— Да уж поверьте, босс, не знал! — Через мгновение он сам себе улыбнулся: — Хотя она могла бы и подороже ценить свои таланты. Телка, чей язычок способен выговорить слово «флеботомистка», не должна так легко сдаваться какому-то копу… вроде меня.
— Ли, это может доставить и тебе серьезные неприятности.
Фостер пожал плечами:
— Ну была у меня пара свиданий с хорошенькой женщиной со станции переливания. И что? Не моя вина, что она оказалась бякой.
Несколько мгновений Рикмен рассматривал Фостера. Его наглость способна просто-таки в могилу свести.
— Как бы то ни было, я больше переживаю за тебя, — сказал Фостер.
Рикмен почувствовал, как ему сводит челюсти:
— Почему бы это?
— Потому что за всем этим стоит Джордан. И ты это тоже понимаешь.
Рикмен не ответил. Перед глазами промелькнула картинка-воспоминание: теплый августовский вечер, поднятый кулак Джордана, женщина с распахнутыми от ужаса глазами, кровь на ее лице, окровавленный кулак Джордана.
