Я все это время стояла, опустив голову и чуть пошатываясь, будто от головокружения. Вдобавок время от времени начинала крупно дрожать и краснеть, прикрывать глаза и кусать губы. Все это позволяло мне не только ярко демонстрировать врагам, что все идет по плану, но и бросать по сторонам быстрые взгляды из-под ресниц. Ага, вон та и та служанки… двое советников с Востока… девятая достопочтенная наложница вместе с одиннадцатой. Кстати, кто-то из них в дальнем родстве с матерью второго принца. Кто еще участвует в заговоре и сейчас выдает себя предвкушающе-лживыми улыбками, суетой и звериной готовностью совершить бросок?
На второго принца я даже не смотрела. А вот наложницу Фен Гу быстро нашла в толпе нежных лилий позади тетушки Ли Ниань. Как достоверно эта кукла играет испуг! Если бы я не знала ее так хорошо и долго в прошлой жизни, я бы даже поверила!
— Я не позволю! — Ах, вот и мой первый принц вступил в бой, тоже действуя так, как запланировали наши враги. — Моя невеста…
— Ваше величество, — Ли Сянь наконец вмешался, напрямую обратившись к отцу, — боюсь, мой брат немного не в себе. Его близость к княжне Ян всем стала слишком заметна, это порождает нехорошие слухи. Не лучше ли развеять их сразу? Молю, прикажите принести реликвии нашей семьи!
— Прикажите принести реликвии нашей семьи! — повторил Ли Сянь, искусно скрывая торжество за маской почтительности.
Тишина стала вязкой, как патока. Все взгляды устремились к императору. Его лицо напоминало вырубку на старой монете — резкие черты, усталость, скрытая за холодом. Он не смотрел ни на сына, ни на меня. Его пальцы все так же перебирали четки, бусину за бусиной, как отсчет до выстрела.
— Принесите. — Голос императора прозвучал ровно. Словно голос палача, читающего список казней.
В зал вошли трое жрецов в белом. Один нес короб из черного дерева, перевязанный золотыми шелковыми лентами. Второй держал поднос с ритуальной чашей из цельного серебра. Третий — запечатанный свиток с молитвой очищения.
А вот теперь начиналась настоящая партия.
— Госпожа Ян, — объявил главный жрец. — Прикосновение к этим реликвиям не терпит лжи. Чистая душа не причинит себе вреда. Коснитесь чаши, и правда откроется.
Я медленно подняла глаза. Под моим языком таял кристаллик льда с тонкой стружкой лугового терминита, который давал резкую реакцию на взаимодействие с серебром при определенной температуре тела. Все было рассчитано — и температура, и момент, и даже настоящее волнение, разлившееся по венам, сыграет на руку.
Я сделала шаг. И еще.
Подошла к подносу. Почти почувствовала, как сзади напрягся Ишель. Как Ли Сянь затаил дыхание. Как Ли Ниань прикрыла губы веером, скрывая полупредвкушающую-полупаническую гримасу.
Я коснулась чаши. Сначала — ничего.
А потом… на глазах у всей знати серебро потемнело, мои пальцы дернулись, и я осела на колени, будто ударенная чем-то невидимым. Вокруг вспыхнули крики.
— Проклятие! — закричал кто-то.
— Она демон! Видите?!
— Не прикасайтесь к ней!
— Ваше величество, прикажите… ее надо задержать!
Толпа начала подниматься, затаенная паника взметнулась, как стая птиц. Кто-то отшатнулся, кто-то схватился за обереги. А я… дрожала. Очень достоверно.
— Не смейте! — Громовой голос Ишеля перекрыл все остальные. Его меч с визгом вылетел из ножен. — Один шаг — и я отрублю ногу!
Это была репетиция бури. Только мы знали, что она ложная. Ложь, чтобы вскрыть правду.
— Как странно, брат. — Голос Ли Сяня буквально сочился ядом. — Почему ты так ревностно оберегаешь эту девушку? Это ведь странно… но до встречи с тобой княжна не была одержима, тому есть множество свидетельств. А стоило вам сблизиться, и твоя загадочная болезнь исчезла. Зато Ян Айри вдруг оказалась захвачена демоном!
От такого поворота застыли все. Я в том числе. Что Ли Сянь имеет в виду?! Он хочет очернить брата, но спасти мою репутацию? Дескать, это не мои демоны перепрыгнули на первого принца, а с точностью до наоборот?!
Но зачем? Если только… он все еще рассчитывает взять меня в жены и получить войска семьи Ян? Хм…
И именно в этот момент, когда все взгляды были устремлены на меня, когда толпа металась между страхом и сомнением, вошел императорский лекарь.
— Остановитесь. — Он поднял руку. — Я должен кое-что показать.
Лекарь подошел к подносу, достал вторую серебряную пластину и капнул на нее из моей чаши, которую демонстративно взял со столика, за которым я недавно сидела.
Металл сразу же почернел.
— Это зелье, — отчетливо сказал лекарь. — Не демон. Зелье, вызывающее специфическую реакцию с серебром. Реакцию можно воспроизвести искусственно. Госпожа Ян была отравлена.
В зале воцарилась гробовая тишина. Кто-то тяжело выдохнул. Кто-то со звоном уронил чашу.
— А теперь надо разобраться, — добавил лекарь, — кто подал ей напиток.
Цзинь как по команде шагнула вперед. За ней шел свидетель — переодетый слуга, которого мы заранее подготовили.