Бездельничающий и ждущий «договорю» отца, Коля решил удовлетворить своё любопытство и узнать, что же там за углом, потом за вторым, потом за третьим…
Так использованные АКБ и нашлись.
Брошенный обломок кирпича, ударился об аккумулятор, отломив, от объекта нападения, кусок пластмассовой оболочки, размером с детскую ладонь.
Ваня и Серёжа, подручными средствами, усердно разбивали пару (каждый – свой) мёртвых двенадцативольтовок, на скорость – кто быстрее выпотрошит свинцовые пластины.
Они были далеко не первые, на этом кладбище бывших хранителей энергии. Колька Крот, уже второй месяц, выменивал, у сверстников, информацию об этом священном месте, на всякие для себя нужности и полезности. За это время, здесь побывало уже с десяток мальчишек, и теперь, повсюду валялись раскуроченные останки АКБ с вынутыми и унесёнными внутренностями.
Но ничего, заботами БАМа, их ещё надолго хватит.
Закончив извлечение необходимого, парни поняли, что переоценили свои физические возможности, когда решили, что два – это не один и драгоценного свинца будет больше. Один – это не два и нести намного легче.
На том и порешили – половину припрятали, вторую разделили меду собой и, осматриваясь по сторонам, чтобы не поймали, отправились в обратный путь.
«Зло безнаказанно царит в Диком Краю и путников повсюду подстерегают опасности. Даже продуманные планы мудрых чародеев вроде Гендальфа и добрых людей вроде Элронда могут провалиться, когда совершаешь опасное путешествие по Дикому Краю. Гендальф был достаточно мудр, чтобы понимать это. Он знал, что в любую минуту может случиться непредвиденное, и не надеялся, что удастся обойтись без страшных происшествий во время перехода через высокие горы с их недоступными пиками и зловещими долинами, где властвует беззаконие. Обойтись и не удалось!»[24]
Первым, по поддонам вверх, полез Ваня, оставив друга внизу, «на шухере», пока он сам перекидывает свинцовые пластины через стену. Добравшись до верхушки кирпичной кладки и сбросив, на ту сторону, первую партию груза, он сам чуть было не полетел вслед за ним, когда, чем-то испуганный Серёжа, моментально вскарабкавшийся по деревянным изделиям, пробегая, оттолкнул его плечом. Ошарашенный лидер смотрел вслед своему войску, которое сейчас уносилось по узкой, в трёх метрах над уровнем земли, «тропинке», в сторону дуба, хотя до этого, по ней же шло медленно, аккуратно, держа строй и боясь свалиться.
Хотел было окликнуть, но вдруг услышат?
Может следом? Но ведь там что-то произошло. Что-то неизвестное, страшное, но при этом жутко любопытное.
Ваня, лёжа на поддонах и стараясь быть незамеченным, высунул голову, осматривая, прилегающую к стене, местность.
Вот оно в чём дело – знаменитая Муха рвалась, сдерживаемая цепью, в их сторону и беззвучно лаяла.
Значит, она теперь обитает здесь.
Неожиданно.
Хотя, герои на то и герои, чтоб о них быстро забывали.
Зима двухгодичной давности.
В очередной вторник, Элла Максимовна, шестидесятисемилетняя старушка, ровно в девятнадцать тридцать, по местному времени, вышла из дому.
На работу.
Сторожем, на склад продовольственных товаров, что находился в четырёх кварталах к югу.
И делала она это на протяжении последних одиннадцати лет, каждый чётный день недели.
Пришла.
Покормила виляющую хвостом Муху, принесённым с собой, в железном бетоне, супом, перемешенным с хлебными кусками. Потом, для порядку, сделала обход территории, проверив, на запертость, все окна. Затем, дождавшись, когда часовая и минутная стрелка встретятся на цифре «Двенадцать», выставила в ряд четыре стула, постелила на них свою верхнюю уличную одежду и улеглась спать, подложив под голову свёрнутую кофту.
Уснула, для своего возраста, достаточно быстро, даже не смотря на неудобное ложе (привыкла, во время эвакуации из блокадного Ленинграда, спать во всевозможных, неприспособленных под это, и часто продуваемо-холодных местах).
Временные указатели сошлись вновь, но уже на другом его показателе. Том, что, судя по народному поверью, так любит Бог.
Захлёбывающийся Мухин лай, заставил Эллу Максимовну проснуться.
Села, непонимающе мотая головой, пытаясь сбросить с себя остатки, такого сладко-пленительного сна.
Собака исходила в ярости, скребя и прыгая на дверь.
Испуганная старушка встала и, стараясь не скрипеть рассохшимся деревянным полом (хотя чего-чего, а именно его снаружи и не слышно – хоть танцуй) пошла в соседнюю комнату, используемую как кабинет заведующей, и в которой, находился телефонный аппарат.
«02»
