— По мечу, что ли, соскучился, ну так возьми. — Воисвет небрежно швырнул его магу. — Барахло этот твой меч.
Берсень подобрал клинок, перевел взгляд на князя и наткнулся на его насмешливую улыбку.
— Если уж на кого меч повлиял, так это на тебя, носишься с ним как курица с яйцом.
— Он повлиял на всех, — тихо сказал маг. — Нравится это кому или нет.
— Глупости, — князь отмахнулся. — Это ты вбил себе в голову.
— А что вбил ты в свою? — неожиданно даже для себя спросил маг. — Хочешь стать властелином мира?
Воисвет вскинул брови.
— Я? — Складки на лбу тотчас разгладились. — Впрочем, чего тут скрывать. Да, было дело. Да и сейчас подумываю, хотя… Силой-то меч не обижен, это точно. А чтобы им пользоваться, твоих семи пядей не нужно.
— Неужели? — скептически скривился Берсень.
— Точно. — Воисвет усмехнулся. — Я попробовал, пока ты спал.
— И что же?
Князь ткнул пальцем в скалу в ста саженях от них:
— Видишь, верхушки нет?
— Хочешь сказать… — Маг вскинул брови.
— Да я это, я, — раздраженно буркнул князь. — Могу повторить, если хочешь. Правда, тебя теперь не оторвешь от него.
— Ну почему же, — возразил маг. — Возьми меч, покажи.
— Ну тебя к черту со своим мечом! — взорвался вдруг Воисвет.
— А как же мировое господство?
Воисвет обжег мага взглядом:
— Чушь все это.
— Чушь? — не поверил своим ушам маг. — Как это — чушь?
— Очень просто, — отозвался Воисвет. — Как и любая другая чушь.
Берсень промолчал. Он чувствовал, что в князе что-то изменилось, но понять, к лучшему это или нет, пока не мог.
— Ну что, скажи мне, изменится? Правил я десятком деревень и парочкой городов, а буду сотнями городов и сотнями тысяч сел, какая разница? Ну, золото там, изумруды, шелка и прочее. А толку?
— А какой ты вообще хотел толк?
— Кто его знает? — прорычал князь.
Солнце выкатилось почти целиком, лучи стали слепить глаза, Воисвет щурился, но взгляда не отводил.
— Думал я поначалу — наведу порядок в стране. Чтоб больше не было так, как у меня. Хозяин за порог — и тут как тут соседи-стервятники, а ведь большинство родственники, чтоб их!..
Воисвет замолчал. Молчал и Берсень, пытавшийся понять, к чему клонит князь. Ведь он наверняка подводит к какой-то мысли — не может не подводить!..
— Но потом я понял, что все без толку. — Воисвет вздохнул. — Не приставишь же к каждому соглядатая, а приставишь, где столько неподкупных взять? Понял я, что хрен у меня что получится. Ну, получу я во владение мир и что буду делать? Мало мне соседей, так будут свои же бунтовать, заговоры всякие, свары, дрязги… На кой это мне? Ради того, чтобы в золоте ноги омыть? Душегубов по подвалам пытать? Девок под себя тащить сотнями? И так изо дня в день? Ох, невелики радости властелина.
— Кое-кто за такие радости отца родного не пожалеет, — вставил Берсень.
— Я не кое-кто, — Воисвет помотал головой, — мне нужно больше.
— Что? — Маг подался вперед. — Что тебе нужно?
— Если бы я знал. Если бы твой меч подсказал. А он ведь только и может, что скалы крушить.
— Значит, ты решил отвезти меч Адамиру?
— Адамиру? — изумился Воисвет. — Чтобы этот паук мерзкий стал владыкой мира?
— Что это ты на него ополчился? Сам же согласился на его предложение. Разве тебя силой сюда тащили?
— Подловил он меня. Подловил в такой час, врагу не пожелаешь. — Князь со вздохом опустил голову. — Так что тварь он, тварь такая, что ни мне, ни Деженю за ним не угнаться.
— Тогда что? Что ты задумал? — нетерпеливо спросил маг.
— Есть одна мыслишка… — Взгляд князя упал вниз, на острые камни, торчавшие саженях в десяти. — Лучше всего было бы уничтожить этот меч.
— Уничтожить? — Берсень от волнения привстал.
— Да, чтобы никому не достался. Но вряд ли это удастся. Я пробовал — не ломается.
— Ты его хотел сломать? — поразился Берсень, оглядывая меч, точно надеялся увидеть следы разрушения.
— Видишь? — Воисвет показал магу правую руку, перевязанную окровавленной повязкой. — Порезался только. Но есть еще способ. Не такой надежный, но все-таки.
— И что же?
Берсень ощутил, что дрожит. Неужели он и впрямь так привязался к мечу?
— Скинуть его отсюда, — Воисвет кивнул на обрыв. — Вон в ту расщелину. Черта с два кто найдет!
Берсень молчал, вглядываясь вниз.
— Но ведь мы всегда будем знать.
— Пока живы, Берсень, пока живы. — Голос Воисвета приблизился.
Маг резко повернулся и увидел подходящего князя. Берсень торопливо выхватил меч:
— Назад, князь! Назад, я сказал!
Тот остановился, на лице плясала улыбка. Как показалось магу, совершенно безумная.
— Ну что ж, Берсень. Дело твое. И меч твой. Морочься теперь ты с ним.
Воисвет шагнул к обрыву:
— Да, только прими совет. Не отдавай Адамиру. Прикончит он тебя. Поверь.
— Я и сам знаю. — Берсень пожал плечами. — А ты? Ты что это удумал?
Он сделал шаг к Воисвету, еще не очень-то понимая зачем.
— Как же мне все это надоело, — пробормотал князь. — И меч этот в особенности… Об одном жалею…
Воисвет вздохнул. Берсень увидел, как потемнел взгляд князя, как наполнился тоской. Но спустя миг все исчезло, а Воисвет выдавил из себя улыбку.
