Через
час Мэри
действительно
проводила
пленницу,
переодетую в
серое
простое платье
с белым
передником, в
большой зал.
Вымытые и еще
влажные
волосы
девушки были
спрятаны под
кружевной
чепец, на
ногах -
деревянные
сандалии без
задников.
Оказавшись в
центре зала,
Элизабет
облегченно
вздохнула,
заметив, что
ничем не выделяется
из вереницы
девиц,
прислуживающих
за столом.
Граф даже не
сразу
заметил ее. Он
сидел во
главе стала
на массивном
кресле-троне
из красного
дерева, и
спорил с
рыжеволосым
и бородатым
Томасом
Ридом,
который сидел
по правую
руку от него.
Слева сидела
весьма
потасканная
девица
легкого
поведения с
распущенными
темными
волосами и
размалеванным
лицом.
Декольте ее
пурпурно-алого
платья было
неприлично
глубоким.
Рядом с другими
воинами,
принимавшими
участие в
попойке, а
ужином то,
что здесь
происходило,
назвать было
сложно,
маячили
подобные
подруге
графа
прелестницы.
На огромном,
расположенном
в форме буквы
Девушка поежилась от холода. Не смотря на полыхающий в камине огонь и большое количество разгоряченных спиртным мужчин и женщин, промозглый влажный прохладный воздух не спешил прогреться. Для большого зала одного камина была явно недостаточно, но полураздетым друзьям графа, как и ему самому было явно теплее, чем Элизабет. Она опасливо вглядывалась в лица мужчин, пытаясь найти среди них своих насильников, но не нашла ни одного. Смешавшись с толпой прислуги, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания, девушка принялась убирать со стола пустую металлическую посуду и подливать в бокалы вино. Она относила на кухню остывшие блюда и возвращалась с только что приготовленными. Злополучный повар так был увлечен процессом, что не узнал свою бывшую подопечную. Элизабет старалась держаться подальше от графа. И до определенного момента ей это удавалось. Но случилось так, что когда серебряный кубок Мельбурна опустел, она оказалась к нему ближе всех. Не глядя в ее сторону, граф сделал знак рукой, и ей пришлось подойти, чтобы плеснуть ему очередную порцию рома. Жидкость из кувшина пролилась на стол, когда Мельбурн неожиданно схватил ее за руку.
- Думала, что я тебя не заметил? - криво усмехнулся он, глядя на девушку синими глазами. Элизабет побледнела, впервые потеряв дар речи. Томас Рид повернулся и внимательно посмотрел на нее.
- Бог мой, это же наша птичка Невилл! - хохотнул он. И все присутствующие, как по команде, уставились на оторопевшую девушку. Ричард отпустил ее руку, и она поставила кувшин на стол.
- Уважаемые господа и прекрасные дамы! - басом проголосил граф. - Хочу представить вам Элизабет Невилл, баронессу Ридсдейл. Благодаря ее стараниям я изменил свои планы, и вместо скучного светского вечера, устроил всем нам маленький праздник души и тела. Баронесса так благодарна мне за гостеприимство, что готова сама прислуживать за нашим столом.
Элизабет почувствовала, как краска заливает ее лицо. Насмешливый жестокий взгляд графа пронизывал ее насквозь.
- Извини, что я раскрыл твое инкогнито. Надеюсь, ты продолжишь, что, что начала с таким успехом. Я удивлен огромным количеством твоих талантов. Язык без костей, наглость, граничащая с глупостью, задатки горничной, а теперь еще и прислуга за столом. Выходит, зря я держал тебя в подвале. Мы могли бы сразу договориться, зачем было артачиться?
- Не слишком ли много внимания к моей скромной персоне, милорд? - справившись с волнением, спокойно спросила Элизабет. Граф широко улыбнулся, продемонстрировав ямочки на щеках, кторые девушка раньше не замечала.
- Почему же скромной? - спросил он с издевкой. - Если скромность кого-то и украшает, то только не вас, миледи. Потому что в вас ее нет ни на грамм.
- Вы хотите видеть меня скромной? - с вызовом спросила Элизабет. - Смиренной? А, может, покорной и молчаливой?
- Ну... - протянул Мельбурн. - Хотя бы.
- Купите себе рабыню. - резко ответила девушка.
Женщины в зале захлопали. Элизабет ожидала от графа очередной вспышки гнева, но только не взрыва неудержимого хохота.
- Да, ей и правда, палец в рот не клади. - выкрикнул кто-то.
- Можешь идти, Элизабет. - неожиданно сказал Мельбурн, повергнув ее в еще больший шок. - Я вдоволь поглумился над тобой. Боюсь, что еще пара бокалов, и ты начнешь мне нравиться, а вот тебе самой такой поворот не понравится точно.
Гости графа снова оглушительно засмеялись. Решив не испытывать судьбу, Элизабет проглотила рвущиеся резкие слова, и выбежала из зала.
