Хаториан говорил медленно, прерываясь паузами и каждый раз вкладывая в это некий тайный смысл.
— Нет, ваше величество, — ответил вместо нее Атхор, оглядывая волны темной вуали, устилавшие площадку. — На самом деле, занятие уже закончено. Но леди Виль интересовалась трансгрессией, и я…
Тут он выдохнул и выразительно шевельнул кистями, прежде чем сцепить пальцы в замок, и наконец выдал:
— Я посоветовал принцессе обратиться с этим вопросом к вам, сир.
Воцарилась тишина.
Вообще-то, Виль была благодарна Атхору, что тот так все повернул. Но он буквально лишил ее выбора! Потому что теперь король смотрел на нее странным взглядом и явно ждал ответа.
— Э… да. Так и есть, сир… — с трудом промямлила она.
Думая при этом, что когда-нибудь обязательно прибьет белобрысого темного рыцаря, и вообще, разговор между ними еще не окончен! Правильно оценив ее взгляд, Атхор отвернулся, скрывая кривую усмешку. Или что он там скрывал. Виль так и не поняла, но разозлилась.
А в глазах Хаториана вдруг затеплились угольки. Он подошел ближе, протянул руку и спросил:
— Вы мне верите, леди?
Девушка уже догадалась, что он собирается сделать, и трепет предвкушения захватил ее против воли. Смотрела на красивую и сильную мужскую руку и вспоминала слова, сказанные им однажды. Пусть в другом обличье, сейчас это ничего не меняло. Она безотчетно доверилась ему тогда, и точно также была готова довериться и теперь.
— Да, — прошептала Виль и вложила руку в его раскрытую ладонь.
Уже стоя в дверях, Атхор оглянулся, чтобы взглянуть, как эти двое мягко растворились в лунном луче. Потом повел шеей, разминая мышцы, хмыкнул и обернулся.
Чтобы тут же схлопотать хороший подзатыльник.
Прямо рядом с ним, уперев руки в бока. стоял Наирот. А сзади в живописных позах толпились остальные.
— Ну и как? Сдал ей парней? — огромная пятерня Наирота указала на братьев, стоявших за его спиной. — Хатор и тот был умнее тебя!
— А какого черта он наплел ей про меня?! — возмутился Атхор, потирая стриженную макушку.
— Можно подумать, это неправда, — как бы невзначай заметил Рианат.
— Можно подумать, один я такой, а вы все тут святые! — возмутился Атхор, из которого полезли сполохи тьмы во все стороны.
— Бессмысленно отрицать, брат, — ехидно проговорил Атарин, качая головой. — Она просто развела тебя, как мальчишку.
Близнецы помалкивали, они выразительно разглядывали свои кулаки. Ясно, что потасовке быть, и сегодня точно никто не вмешается, потому что Хаториану сейчас не до них.
— А впрочем, все происходящее к лучшему, — задумчиво сказал Наирот, глядя на пустую террасу. — Хоть поговорят наедине.
Потом посмотрел на Атхора, рядом с ним казавшегося мелким, и взлохматил его колючую шевелюру.
— Молодец, брат. Можешь считать, что все прошло удачно.
Каково это, женщине, много лет пользовавшейся полной личной свободой, попасть в подчинение? Да не просто в подчинение, а сделаться кем-то вроде тайной рабыни для мага, который в грош ее не ставил.
Конечно, несколько оскорбительно и унизительно.
Но, как ни странно, герцогиня Танри готова была терпеть это рабство. По двум причинам.
Во-первых… это она никому не стала бы объяснять.
А во-вторых, он действительно был идеальным советником для ее сына. И это женщина, всю жизнь, прожившая у трона, понимала прекрасно.
Поэтому леди Аннелия была довольна положением и с нетерпением ждала новостей.
Что до мага-отшельника Норберта, слуги, ставшего правой рукой наследника и его советником, то он действительно был хорош. А учитывая знания, опыт и полезные умения, его можно было считать непревзойденным.
Первый совет, данный им наследнику, показал это. Разговор состоялся следующей ночью, уже после того, как Норберт незаметно весь день наблюдал наследника в действии.
Филберт как раз собирался выпить перед сном стакан зелья. Очень странное чувство. Он ведь так хотел избавиться от терзавшей его привязки к далекой и ставшей уже фактически бесполезной для него Вильгельмине Ванлерт, а вот теперь испытывал какое-то странное сожаление. Словно своими руками убивал в себе что-то…
Однако момент непонятной слабости прошел, и молодой герцог решительно выпил содержимое простого оловянного стакана, что сжимал в руке. Это правильное решение. Ему нужна трезвая голова и спокойный сон. Потому что перед ним стоят великие цели.
— Сир, — услышал он голос Норберта и обернулся.
Его то ли слуга, то ли советник стоял в стороне, явно имея что-то сказать. Полог тишины опустился внутри шатра, его можно было ощутить по особенному «белому» шуму в ушах.
— Говори, — Филберт взглянул на него искоса и отошел к столу, на ходу отстегивая наручи.
— Я заметил, что вам удалось за короткое время произвести впечатление на генерала Герфорта и на его людей.
Филберт беззвучно хмыкнул, отчего его губы четь заметно исказились. Означало это, скажи что-то, чего я не знаю. Маг не мог видеть лица молодого герцога, но он словно услышал его мысли.
— Однако этого не достаточно, сир. Вам прежде всего нужно произвести впечатление на наблюдателей из Джагарта.
