Тридцать гигантов в черной броне выступили из нутра ревущего «Громового ястреба» со сомкнутыми щитами и полыхающим оружием. Как обсидиановые призраки, эти воины, несшие на наплечниках снежно-белый символ латной перчатки, прошли сквозь дым, порожденный взрывом их появления.
Ульрах Брантан, капитан, 65-я клановая рота Железных Рук
Кадм Тиро, советник капитана Брантана
Фратер Таматика, Железорожденный, ветеран Авернии
Вермана Сайбус, ветеран Авернии
Септ Тоик, ветеран Авернии
Игнаций Нумен, боевой брат
Сабик Велунд, железный отец
Никона Шарроукин, легион Гвардии Ворона, 66-я рота
Атеш Тарса, апотекарий, легион Саламандр, 24-я рота
Шадрак Медузон, капитан, 10-я клановая рота
Гаскон Малтак, советник Шадрака Медузона
Ашур Мезан, сержант, 10-я клановая рота
Альфарий, примарх Альфа-Легиона
Хайтин, легат
Сейхан, тайный агент
Молодежь легко обмануть, потому что она живет надеждой.
Приписывается Аристотелю из Стагиры
Только тот змей, что пожрет другого,
может стать драконом.
Только та сила, что поглотит другую,
может стать великой.
Пословица, ок. М1
Ульрах Брантан назвал своего кибер-орла Гарудой. Это имя принадлежало мифическому пожирателю серебряных змей, якобы обитавшему в Земле Теней, — благородному охотнику, родившемуся в огне, который уничтожил древних богов Медузы.
Для Железных Рук на борту «Сизифея» он был просто «Птицей», которая, возродившись, дала им надежду, что и их павший капитан еще может выйти из своей ледяной гробницы.
Золотое тело орла представляло собой хитроумный механизм, созданный с мастерством, уже не доступным в эти времена, и больше походило на произведение искусства, чем на инженерную конструкцию. Одно крыло было золотым, второе серебряным, и в то время как шарниры второй ноги были изготовлены из слоновой кости и меди, вторая состояла из штампованной стали и поликарбонатного композита.
Покрытый шрамами мечник из Детей Императора подстрелил Гаруду на Йидрисе, но Сабик Велунд и фратер Таматика отнеслись к кибер-орлу с вниманием, какое апотекарий уделяет раненому Железному лорду.
Они починили сломанное крыло и вывихнутую лапу, а таинственный механизм в его сердце перезапустили, сами не поняв, как им это удалось.
Таматика утверждал, что Гаруда был артефактом, созданным первыми поселенцами Медузы, но Велунд считал, что птицеподобный автоматон принадлежал к еще более ранней эпохе. Происхождение золотого орла, принадлежащего их павшему командиру, нередко становилось предметом долгих споров.
Но Кадма Тиро, ставшего хозяином Гаруды на время, пока Ульрах Брантан лежал на грани смерти в ледяном гробу, происхождение орла не интересовало.
Его интересовало только убийство предателей.
Пролетев над развалинами правобортной посадочной палубы ударного крейсера, Гаруда сел на горящую «Грозовую птицу». Аварийные люменосферы окрашивали стены в красный. Клаксоны наполняли воздух механическим визгом. Поврежденные интегральные поля пытались уберечь внутреннее пространство от ледяного космического вакуума.
«Зета Моргельд» яростно выл на нападавших.
Тридцать гигантов в черной броне выступили из нутра ревущего «Громового ястреба» со сомкнутыми щитами и полыхающим оружием. Как обсидиановые призраки, эти воины, несшие на наплечниках снежно-белый символ латной перчатки, прошли сквозь дым, порожденный взрывом их появления.
Абордаж с корабля на корабль. Жестокий, кровавый бой. Безжалостные убийства в замкнутом пространстве. Перестрелки с расстояния вытянутой руки. Отсутствие возможностей для маневра. Прорыв щитами, таран всем телом.
Только Легионес Астартес могли выдержать подобные сражения.
Железные Руки же были в них лучшими.
Первым на палубу вражеского корабля ступил вооруженный щитом и облаченный в исцарапанные черные доспехи Кадм Тиро — беспощадный ветеран предательского сражения на Исстване с твердой, как кремень, душой.
За ним на раненый «Моргельд» последовали его воины.
Они ринулись на обороняющихся — боевую группу военизированных сервиторов с энергетическими поршневыми молотами и крюковыми алебардами. Позади этих чудовищ адепты в темной одежде уже бежали к арочным проходам, что вели в сердце корабля.
Бойцы набросились друг на друга с грохотом металла, бьющего по металлу. Одни ударяли щитами, другие атаковали клинками. Взрывные снаряды в упор били в плоть и броню. Железные Руки переходили в наступление, тесня врага с неумолимой силой.
Болтеры стреляли в ритме метронома. Мечи легионеров рубили, как лезвия промышленной молотилки.
Очередному бледнокожему боевому сервитору Тиро выстрелил в горло, а затем опрокинул на пол ударом щита. Септ Тоик предпочел щиту тяжелый болтер. Ветеран занял позицию на вершине штурмового трапа «Громового ястреба» и окатывал палубу крупнокалиберными масс-реактивными снарядами. Боевых сервиторов отшвыривало назад, превращало в ошметки плоти и укрепленной кости.
