ИНН — служебная аббревиатура, обозначающая одно из нововведений налоговой службы, стала притчей во языцех, а присвоение идентификационных налоговых номеров — предметом ожесточенных дискуссий; обрело сторонников и противников, вызвало огромный общественныйрезонанс, особенно в среде православных верующих. Из сферы чиновничьих интересов ИНН перешел в разряд реалий духовной жизни, обрел зловещий смысл. Есть ли «число зверя» в штрих-коде и налоговом номере? Опасна ли для христиан государственная регистрация? Есть ли грех в принятии ИНН? На эти и другие вопросы отвечает книга, представляющая серьезное богословское обоснование выводов, опираясь на Святоотеческое наследие, Священное Писание и Предание. В нее включены церковные документы, выражающие официальную позицию Русской Православной Церкви, мнения священноначалия, ведущих богословов, известных в России авторитетных старцев. Благослови нас, Господи, услышать и правильно оценить аргументы, приведенные в книге, обрести душевный покой, стяжать дух мирени согласие в Единой Святой Соборной Апостольской Церкви.
Некая держава решила пожестче контролировать жизнь своих граждан. Придав себе образ сурово-властного владыки, который намерен ввести строгий учет и контроль в своих владениях, она стала «считать и обзывать» своих граждан.
Заметит государство гражданина Лысенко, посчитает его и сообщит: «Отныне я нарекаю тебя: „Идентификационный номер 482794456719“». И теперь всякий раз, когда тому, кто некогда был Петром Лысенко, явится необходимость вступить в какие-либо отношения с родным государством, ему придется упоминать номер, данный ему державой. И пока ты не отрапортуешься по полной форме, с называнием своей цифровой клички, держава будет смотреть на тебя холодным глазом выключенной телекамеры и «в упор» не замечать. Отныне государству нет дела до того, как тебя назвала мама. Нет ему дела до того, с каким именем ты был крещен. В восприятии государства ты теперь упакован так, как удобнее компьютерной машине.
Многие почувствовали, что какой-то новый холод ворвался в их отношения с государством. Насторожило и сообщение о том, что человеку будет присваиваться номер не из 12 цифр, а из 15. Оказывается, при записи налогового номера (идентификационного кода) в виде компьютерного штрих-кода эти 12 цифр разбиваются на группы с помощью трех линий, причем каждая разделяющая группа линий начертана так, что графически оказывается неотличимой от начертания той группы линий, которая означает число шесть. Значит, каждый код включает в себя и тройной намек на цифру 6. А такое сочетание цифр уже нечто большее, чем простая компьютерно-математическая условность. Строенная шестерка (666) принадлежит не только и не столько математике, сколько религии. Уже две тысячи лет люди ждут, когда над их историей взойдет именно это число («печать антихриста»), которое будет знамением конца истории.
И вот оказывается, что у вроде бы независимых постсоветских государств практически одновременно проснулось одно и то же горячее желание: Молдавия, Казахстан, Украина, Белоруссия, Россия пожелали имя каждого своего гражданина переложить на компьютерный язык. Да еще таким образом, что к этому имени как будто приставлены три шестерки.
Совесть людей смутилась: «Государство понуждает нас брать печать антихриста!». Некоторые священники объявили, что люди, взявшие государственные документы с налоговыми номерами, тем самым отреклись от Христа и потому уже не могут считаться христианами, а значит, не могут допускаться к участию в церковных Таинствах. Впрочем, конечно, нашлись и иные проповедники, которые сказали, что ничего особенного не происходит и потому можно принимать «номера с шестерками» без всякого смущения.
Так каким же на самом деле может быть влияние, оказываемое налоговым номером на человеческую душу? Попробуем разобраться в этом вопросе по возможности спокойно.
Странная настойчивость в желании разграфить всю нашу жизнь (да еще и с помощью символов, похожих на шестерки), конечно, вызывает недоумение и порождает сопротивление у христиан. Но в любом сопротивлении необходимо четко уяснить: откуда исходит угроза, в чем она состоит, а также определить порядок устранения угроз, если их несколько. Если наших аргументов слышать не хотят — то тем более осторожными и взвешенными нам нужно быть в подборе доводов, чтобы их нельзя было с ходу высмеять[1], а нас самих обозвать паникерами.
Поэтому стоит разобраться с аргументами, уже высказанными в ходе — по сути — вполне естественного христианского противостояния тотальной «кодификации», и посмотреть, какие из них рождены в состоянии смущенности, страстности или растерянности, а какие доводы действительно содержательны и делают нашу позицию и более понятной для «внешних», и более соответствующей традициям самой Православной Церкви.
История полемики вокруг «номеров» весьма поучительна. Поначалу отношение всех церковных людей было достаточно негативным. Но первые же попытки осознать происходящее и выработать продуманную реакцию были затоптаны дикими лозунгами про «печать антихриста». Эти невесть откуда взявшиеся домыслы сначала казались досадным полемическим преувеличением, на которое не стоит обращать внимание. Но затем оказалось, что эти крики вообще блокируют любую возможность для трезвого диалога с властями (ибо придают нам облик просто невменяемых хулиганов). Более того, истеричное отождествление «номеров» с «печатью антихриста» стало стремительно разъедать внутрицерковные скрепы, подталкивая людей к расколу. Тут уже пришлось резко повернуть линию полемики: где уж дискутировать с «глобальными центрами власти», если сама Церковь балансирует на грани раскола. И вот уже в последнем послании Патриарха Алексия II по поводу ИНН тема «противостояния глобализму» и «властям» не звучит вовсе, но зато борцам против «номеров» достаются самые резкие слова…
