А ведь он только разбежался и действительно споткнулся, хорошо только, что не успел отбежать далеко. Артём наконец сдвинулся, заправил шприц, неспеша спустил воздух, подошёл к Николаю и совершил инъекцию, а далее занял своё место. Девушки в ужасе уехали домой. Ну или просто по прямой, лишь бы уехать.
— Это было блестяще — после гляделок с собеседником прервал тишину Артём.
— Ох, что ж вы мне льстите — засмущавшись ответил похваленный.
И тут Аня поняла, посреди кого она находится. Она находится посреди всемогущих людей. Во всяком случае, насколько это возможно для людей. Один способен брать под контроль разум остальных. “Всё дело в пилюле” — может возразить кто-то. Но любой мог бы так умело ими пользоваться? Второй способен генномодифицировать тела и обеспечивать бессмертие. А она тут вообще лишняя. Что она умеет? Студентка, да и только.
Светало.
— Ну, полагаю, скоро сюда прибудет полиция, с ней, конечно, всё решаемо тоже, однако это будет несколько затруднительее, нежели с этими клоунами. Эх, видите, Артём Сергеевич, как безумство и безудержная агрессия так сильно туманят рассудок?
— Поддерживаю Вас, Фёдор Андреевич, да и мы обсудили с вами всё — кладя в свою сумку большой конверт, встаёт из-за стола и… не пожимает руку, хотя его собеседника это не обидело ввиду недавних обстоятельств.
Из закаулка вновь разъехались две машины. У Ани тремор.
— Чего же ты, Анют? — видя её лицо через зеркало в машине.
— Просто… я не привыкла к такому, если честно. Они же могли вас убить… А вы… даже не дёрнулись, да и хирург этот сумасшедший…
— Почему же он сумасшедший? Вроде бы нет.
— Да как вы вообще остаётесь такими спокойными? У него же бита! — от недавно пережитой паники эмоционирует напуганная ассистентка.
— Бита была, а мозгов не хватило. С такой тупой рожей надо было приходить с пистолетом — продолжил троллить студентку.
Приехали они как раз под утро, ну, как всегда — каждый по домам. Приблизительно в семь утра домой пожаловал наш герой. Карина всё не могла уснуть. А у Фёдора то! Замечательнейшее настроение, куда спать то и ему! Он нежно постучал в её дверь и вошёл. Никита уже проснулся и, заметив приход отца, стал подслушивать у их комнаты.
— Отчего не спишь?
— Да не знаю — снимая наушники и убирая в сторону, жестом приглашает его присесть рядом с ней. Она сидела на кресле, а он улёгся на кровать напротив неё.
— Ну, всё, что мне было нужно, я провернул. Мне осталось немного подождать, эх, это томительное ожидание… Ну, в любом случае, ты при этом не обязательна, никаких документов мне уже не потребуется. Теперь мы можем спокойно разойтись, а Никите я покажу галлюцинацию о том, что меня он выдумал сам, и что он как жил с тобой без отца, так и живёт.
— Не в этом дело — переводя взгляд с окна на мужа — ты думаешь, что я хочу от тебя поскорее избавиться. Но… А может, наоборот, я и переживаю, что ты уйдёшь?
Этот ответ удивил Федю. Ведь… Он был абсолютно уверен, что он был отягащающим грузом, мешающим построить традиционные отношения. А тут выясняется такое.
— Надо же.
— Нет, я не обвиняю тебя в том, что ты об этом даже не задумывался, просто хочу, чтобы ты понимал, что остальные чувствуют.
Поначалу Никита, подслушивая их разговор, подумал, что это классическое расставание мужа и жены, ну, как в фильмах. Слишком тривиальное и недостойное внимания. Ну, кто-то кого-то разлюбил, бывает, он даже не сильно расстроился, ведь отец уходит не от него, а только от мамы. Потом снова сойдутся. Но тут он начинает подозревать, что конкретно в этом случае всё куда необычнее.
— Я вот просто не пойму. Ну как можно пролежать сотни лет в земле и не хотеть какой-то любви, заботы. Ну хочешь ты жить вечно, да на здоровье! Но какая же это жизнь без любви?
“Всё ясно, да, это книжка про него!” — не сдержавшись выкрикнул подслушивающий.
А Федя, понимая, что его секрет раскрыт, даже не отреагировал. Уже поздно что-то скрывать, бессмысленно, а при желании он всё сотрёт из памяти, сделав это в восприятии Никиты обычным сном.
— Любовь порой доводит до гибели.
— Но тебе то откуда это знать? — тоже уже не реагируя продолжает рассуждать мать.
— Сегодня очень любящий отец из-за большой любви к дочери убил своего приятеля. Хотел добить и других, то есть свою жену и уже на тот момент вдову мёртвого приятеля, однако на том этапе я его остановил.
— Не кажется ли тебе, что ты и приказал ему убивать их, а дочь не причём?
— Если бы не дочь, он бы и не выехал в принципе.
— Никиту ты не любишь тоже? — понимая, что предмет их разговора всё слышит, спросила шёпотом.
— Никиту я люблю, хороший, покладистый мальчик. Вопросов лишних не задаёт, всем интересуется, хороший человек вырастет.
— Ну, хоть что-то от человека в тебе есть.
— Хочешь, я останусь. Хочешь, полюблю и тебя, всё равно вас переживу, мне, честно, не принципиально, с кем жить.
— Тебе вот настолько всё равно? — не сдерживаясь, берёт его за плечо и жалостно смотрит в глаза.
Он неожиданно приобнимает её в ответ и поглаживает по лицу и волосам.
