Нага бросил быстрый взгляд на отца, переключившись с руки Затаки, державшей меч. Он увидел, как к шее Торанаги прилила кровь, что было безошибочным признаком неминуемой вспышки. Но лицо его оставалось спокойным, и Нага удивился, услышав сдержанный ответ:
— Извините, у вас есть приказы? Кому, брат? Конечно, у вас письмо.
Затаки вытащил из рукава два небольших свитка. Рука Бунтаро чуть не выхватила давно дожидающийся меч, так как, по ритуалу, все эти движения полагалось совершать медленно и обдуманно. Торанага не двинулся.
Затаки сломал печать на первом свитке и прочитал громким, леденящим душу голосом: «По приказу Совета регентов, от имени императора Го-Нидзи, Сына Неба: Мы приветствуем нашего достославного вассала Ёси-Торанагу-нох-Миновару, приглашаем его немедленно предстать перед нами в Осаке и предлагаем ему информировать нашего уважаемого посла, регента, господина Сайгаву Затаки, принято или отвергнуто наше приглашение — немедленно».
Он поднял глаза и добавил таким же громким голосом: — «Подписано всеми регентами и запечатано большой печатью государства», и высокомерно положил свиток перед собой. Торанага сделал знак Бунтаро, который тут же вышел вперед, низко поклонился Затаки, поднял свиток, повернулся к Торанаге, поклонился еще раз, тот взял свиток и сделал знак Бунтаро вернуться на свое место.
Бесконечно долго Торанага изучал этот свиток.
— Все подписи подлинные, — сказал Затаки, — вы принимаете приглашение или отказываетесь?
Приглушенным голосом, так что его могли слышать только те, кто был на помосте, и Оми с Нагой, Торанага сказал:
— Почему бы мне не отрубить вам голову за столь дурные манеры?
— Потому что я сын нашей матери, — ответил Затаки.
— Это не защитит вас, если вы пойдете и дальше этим путем.
— Тогда она умрет раньше времени.
— Что?
— Госпожа, наша мать, находится в Такато — неприступной крепости, расположенной в глубине провинции Синано и столице провинции Затахи. Очень жаль, что ее тело останется там навеки.
— Блеф! Вы так же почитаете ее, как я.
— Из-за ее бессмертной души, брат, так же как я чту ее, я ненавижу то, что делаете вы с государством, и даже еще больше.
— Я не стараюсь захватить новых земель и не…
— Вы стараетесь прервать династию.
— Опять неверно, и я буду всегда защищать моего племянника от предателей.
— Вы стремитесь к падению наследника, вот что я думаю, поэтому я решил постараться остаться в живых, закрыть Синано и отрезать вам путь на север, чего бы мне это ни стоило, и я буду продолжать делать это, пока Кванто не окажется в дружеских руках — чего бы это ни стоило.
— В ваших руках, брат?
— В любых надежных руках, которые исключат ваши, брат.
— Вы доверяете Ишидо?
— Я не доверяю никому, вы научили меня этому. Ишидо есть Ишидо, но его лояльность несомненна. Даже вы признаете это.
— Я признаю, что Ишидо пытается погубить меня и расколоть государство, что он узурпировал власть и нарушил завещание Тайко.
— Но вы объединились с господином Судзиямой, чтобы погубить Совет регентов. Да?
Жила на лбу Затаки дергалась, как черный червяк.
— Что вы можете сказать? Один из его советников предположил измену: что вы объединились против него с Судзиямой, чтобы на ваше место потом выбрать господина Ито в день перед первым собранием и сбежать ночью, бросив тем самым государство в смуту. Я слышал признание, брат.
— Вы были одним из убийц?
Затаки вспыхнул:
— Судзияму убил слишком свирепый ронин, ни я, ни один из людей Ишидо в этом не участвовали.
— Интересно, что вы так быстро заняли его место, не так ли?
— Нет. Моя родословная такая же древняя, как и ваша. Но я не отдавал приказ о смерти, и Ишидо тоже — он клялся своей честью, как самурай. Я тоже. Судзияму убил ронин, но он заслужил смерть.
— С пытками, опозоренный в грязном погребе, видя, как рубили головы его детям и наложницам?
— Этот слух распространяется подлыми мятежниками и, может быть, вашими шпионами, чтобы дискредитировать господина Ишидо и через него госпожу Ошибу и наследника. Этому нет доказательств.
— Посмотрите на их тела.
— Ронины сожгли дом. Тела не сохранились.
— Так удобно, правда? Как можно быть таким доверчивым? Вы же не глупый крестьянин!
— Я не желаю сидеть здесь и выслушивать эту дерьмовую брехню. Дайте мне сейчас же ответ. И потом либо забирайте мою голову, и она умрет, либо отпустите меня. — Затаки наклонился вперед. — Сразу после того как моя голова расстанется с телом, на север в Такато полетит десять почтовых голубей. На севере у меня надежные люди, то же на востоке и на западе, в одном дневном переходе отсюда, и если им не повезет, то есть и еще в безопасных местах за границами вашей территории. Если вы отрубите мне голову, подстроите убийство или если я погибну в Идзу — по любой причине, госпожа тоже умрет. Так что сейчас либо убейте меня, либо давайте кончим передачу этих свитков, и я сразу же покину Идзу. Выбирайте!
— Ишидо убил господина Судзияму. Со временем у меня будут доказательства. Это важно, правда? Мне только нужно немного…
