К обеду стены дома Блэксорна были восстановлены, половина деревни также имела нормальный вид. Легкие решетчатые стены требовали немного работы. Черепичные и соломенные крыши требовали большего труда, но он видел, как люди помогали друг другу, работали весело, быстро и с большой сноровкой. Мура бегал по деревне, советуя, командуя, давая поручения и проверяя. Он поднялся на холм, чтобы посмотреть, как идут дела.
— Мура, вы сделали… — Блэксорн искал слова, — вы очень легко с этим справляетесь.
— Ах, спасибо, Анджин-сан. Нам повезло, что не было пожаров.
— Вы часто гореть?
— Извините: «У вас часто бывают пожары?»
— У вас часто бывают пожары? — повторил Блэксорн.
— Да. Но я приказал деревне приготовиться. Приготовиться, вы понимаете?
— Да.
— Когда налетают эти бури… — Мура замер и глянул через плечо Блэксорна, потом он низко поклонился.
К ним подходил своей легкой подпрыгивающей походкой Оми, его глаза дружески смотрели только на Блэксорна, как будто Мура вообще не существовал.
— Доброе утро, Анджин-сан, — сказал он.
— Доброе утро, Оми-сан. У вас дома все в порядке?
— Все нормально. Спасибо, — Оми посмотрел на Муру и грубо сказал: — Люди должны ловить рыбу или работать на полях. Женщины тоже. Ябу-сама увеличил налоги. Вы хотите опозорить меня перед ним своей ленью?
— Нет, Оми-сан. Пожалуйста, извините меня. Я сейчас же распоряжусь.
— Этого вообще не следовало говорить. В следующий раз я не буду разговаривать.
— Я прошу прощения за мою глупость, — Мура торопливо ушел.
— У вас сегодня все нормально, — сказал Оми Блэксорну, — а ночь прошла спокойно?
— Сегодня все нормально, спасибо. А как у вас?
Оми говорил очень долго. Блэксорн не ухватывал всего сказанного, только отдельные слова то тут, то там, как это было и в разговоре Оми с Мурой.
— Простите, я не понял.
— Отдыхаете? Как вам показалось вчера? Атака? Учебный бой?
— Ах, понятно. Да, я думаю, все прошло хорошо.
— А свидетельство?
— Простите?
— Выступление свидетелем? Ронин Небару Дзозен и его люди? Уже забыли? — Оми изобразил удар штыком и засмеялся. — Вы были свидетелем их смерти. Смерти! Вы понимаете?
— Ах, да. Честно говоря, Оми-сан, я не люблю убийства.
— Карма, Анджин-сан.
— Да, карма. Сегодня будут учения?
— Да. Но Ябу-сама хочет поговорить с вами. Позже. Понимаете, Аджин-сан? Только поговорить, — терпеливо повторил Оми.
— Только поговорить. Понял.
— Вы начинаете очень хорошо говорить на нашем языке.
— Спасибо. Трудно. Мало времени.
— Да. Но вы умный человек и очень стараетесь. Это важно. У вас будет время, Анджин-сан, не беспокойтесь, я вам помогу, — Оми видел, что многое из того, что он говорит, не доходит до Блэксорна, но не обращал на это внимания, так как Блэксорн все равно улавливал суть, — я хочу быть вашим другом, — потом повторил это более отчетливо, — вы понимаете?
— Друг? Я понимаю «друг».
Оми показал на себя, потом на Блэксорна:
— Я хочу быть вашим другом.
— Спасибо. Очень польщен.
Оми снова улыбнулся, поклонился как равный равному и ушел.
— Дружить с ним? — пробормотал Блэксорн, — он забыл? Я не забыл.
— Ах, Анджин-сан, — сказала Фудзико, подбегая к нему, — вам не хочется поесть? За вами скоро пришлет Ябу-сама.
— Да, спасибо. Много разрушать? — спросил он, указывая на дом.
— Извините меня, но вам следует говорить: «Много разрушений?»
— Много разрушений?
— Фактически ничего не пострадало, Анджин-сан.
— Хорошо. Много пострадать?
— Извините меня, но нужно сказать: «Много раненых?»
— Спасибо. Раненых много?
— Нет, Анджин-сан. Никто не ранен.
Внезапно Блэксорн устал от постоянных поправок.
— Я голод. Давайте есть!
— Да, сейчас. Но извините, вам следует сказать: «Я голоден». — Она дождалась, пока он не сказал правильно, и убежала.
Он сел на веранде и стал следить за Ёки-я, старым садовником, собиравшим обломки и опавшие листья. Он видел женщин и детей, приводящих в порядок деревню, и лодки, выходящие в море из гавани. Остальные жители деревни потянулись на поля, хотя ветер и мешал им. «Хотел бы я знать, какие налоги они платят, — спросил он себя, — мне бы не хотелось быть здешним крестьянином. Да и не только здесь — нигде».
На рассвете он был поражен кажущимся опустошением деревни. — Такой шторм вряд ли повредил бы дом в Англии, — сказал он Марико. — Конечно, это был сильный шторм, но не самый мощный. Почему бы вам не строить дома из камня или кирпича?
— Из-за землетрясений, Анджин-сан. Любое каменное здание, конечно, было бы расколото и обрушилось бы, возможно, убив или ранив его обитателей. При нашем типе построек повреждений мало. Вы посмотрите, как быстро все будет восстановлено.
— Да, но они пожароопасны. И что случится, когда начнутся большие ветры? Тайфуны?
— Тогда будет очень плохо.
Она рассказала о тайфунах и сезонах тайфунов — с июня до сентября, иногда они начинаются раньше, иногда позже. И о других природных катастрофах.
