Кику заворочалась, потом поглубже закуталась в одеяла, придвинувшись к нему поближе. Он чувствовал тепло ее тела через шелк их кимоно и возбудился.
– Анджин-сан, – пробормотала она, все еще не просыпаясь.
– Хай?
Но он не разбудил ее. Он довольствовался тем, что убаюкал ее и оставил в покое, восхищенный блаженством, которое дало ему обладание ею. Но перед тем, как заснуть, он поблагодарил Марико за то, чему она научила его.
– Да, Оми-сама, конечно, – сказала Дзеко. – Я схожу за Анджин-саном сейчас же. Ако, пошли со мной, – Дзеко послала Ако за чаем, потом заторопилась в сад, соображая, какие такие важные новости доставил прискакавший ночью гонец. «И почему Оми сегодня такой странный? – спросила она себя. – Почему такой надменный, грубый? И почему он пришел сам из-за такого пустяка? Почему не прислал кого-нибудь из самураев?
Ах, кто знает? Оми – мужчина. Разве мы можем понять их, особенно самураев? Но что-то не так. Не принес ли гонец объявление войны? Думаю, что да. Пусть будет война, она никогда не повредит нашему делу. Дайме и самураи все так же будут нуждаться в наших услугах – во время войны даже больше, а на войне деньги меньше значат для них, чем когда-либо. Все хорошо».
Она улыбнулась про себя: «Вспомни военные дни сорок с лишним лет назад, когда тебе было семнадцать, и старого пьяницу из Мисимы? Помнишь тот смех, и любовь, и славные ночи, переходящие в дни. Вспомни, как обслуживала самого Лысого Старика, отца Ябу, приятного пожилого мужчину, который любил варить преступников, как и его сын? Вспомни, как много тебе пришлось стараться, чтобы ублажить его, – в отличие от его сына! – Дзеко хихикнула. – Мы наслаждались три дня и три ночи, потом он на год стал моим хозяином. Хорошие времена – отличный мужчина. О, как мы наслаждались!
Война или мир – неважно! Сигата га наи? Достаточно вложено у ростовщиков, купцов, немного там, немного здесь. Потом фабрика саке в Одоваре, Чайный Домик в Мисиме процветает, а сегодня господин Торанага хотел купить контракт Кику!
Да, наступают интересные времена и какая фантастическая была прошлая ночь. Кику была прекрасна, вспышка Анджин-сана огорчительна. Кику совершила потом удивительный ход, как лучшая куртизанка страны. И после, когда госпожа Тода ушла, искусство Кику сделало все прекрасным, и ночь прошла в блаженстве.
Ах, мужчины и женщины. Как они предсказуемы. Особенно мужчины.
Всегда дети. Пустые, трудные, ужасные, нетерпеливые, слабые, противные, очень редко изумительные – но все рождены с одной все искупающей особенностью, которую мы в нашем деле называем Нефритовый Стержень, Черепашья Головка, Кипящий Ствол, Мужской Толкатель или просто Кусок Мяса. Как оскорбительно! И все-таки как правильно!»
Дзеко хихикнула и в десятитысячный раз спросила себя, клянясь всеми богами, живыми, мертвыми и теми, которые еще только должны родиться, что бы мы делали в этом мире без этого Куска Мяса?
Она снова ускорила шаг, стук ее подошв слышен был достаточно далеко, чтобы возвестить о ее приходе. Она взобралась по отполированным кедровым ступеням, очень осторожно постучала.
– Анджин-сан, Анджин-сан, извините, но господин Торанага послал за вами. Вам приказано сразу же вернуться в крепость.
– Что? Что вы говорите?
Она произнесла то же самое более простыми словами.
– А! Понятно! Хорошо, я буду там очень скоро, – услышала она, как говорит он со своим смешным акцентом.
– Извините, пожалуйста, меня. Кику-сан?
– Да, Мама-сан? – Через мгновение седзи открылись. Кику улыбнулась ей, она была в облегающем кимоно, с растрепанными волосами: – Доброе утро, Мама-сан, надеюсь вы видели хорошие сны?
– Да, да благодарю вас. Кику-сан, не желаете ли свежего зеленого чаю?
– Ох! – улыбка Кику сразу исчезла. Это было условное предложение, которое Дзеко могла свободно использовать в любой обстановке, оно извещало Кику, что пришел ее самый важный клиент, Оми-сан. Кику всегда могла закончить свой рассказ, или песню, или танец побыстрее, чтобы пойти к Оми-сану, если ей этого хотелось. Кику спала очень с немногими, хотя и обслуживала значительное количество самураев – если они платили. Только некоторые могли получить от нее все услуги.
– Ну так что? – настойчиво спросила Дзеко.
– Ничего, Мама-сан. Анджин-сан, – весело позвала Кику, – простите, а вы не хотите чаю?
– Да, пожалуй.
– Сейчас принесут, – сказала Дзеко. – Ако! Поторопись, деточка.
– Да, хозяйка, – Ако принесла чай и две чашки на подносе, налила. Дзеко ушла, снова извинившись за беспокойство.