Титановый корпус ушел в грунт метрах в десяти от объекта, взметнув в стороны фонтаны песка. Кинетическая энергия загнала боевую часть на глубину тридцати метров, где и произошел подрыв.
Над горизонтом сверкнула вспышка ядерного взрыва, инициирующего реакцию термоядерного синтеза и вслед за ней вспухла гигантская огненная полусфера термоядерного взрыва. Полусфера приподнялась над землей, превращаясь в кипящую плазмой сферу. Сфера поднималась выше и выше, всасывая в себя с поверхности испаренную материю, формируя ножку, под шляпкой образующегося термоядерного гриба.
Оболочка объекта, способная, в общем-то, выдержать многое, все же не смогла выдержать миллионоградусной температуры, хоть и продержалась почти десятую долю секунды. Если бы не открытый выход, могла продержаться и чуть дольше. Плазменный вихрь, ворвавшийся через это отверстие внутрь, мгновенно испарил нежное внутреннее содержимое, которое уже изнутри помогло уничтожить защитную скорлупу.
К моменту атаки Мозг Дальника был уже несколько часов, как мертв. Виновником его гибели был Салех. Вернее, выстрел его излучателя, который он сделал, будучи почти мертвым, получив в спину импульс из нейробластера. Тот самый луч, прошедшийся по потолку и чиркнувший по сфере, заключающей в себе Мозг.
После переброса информации на сеятель некоторое время Дальник пребывал в шоке осознав гибель последнего симбионта. Тогда он и совершил первую ошибку, потянувшую за собой целую цепочку нелепых и трагических событий: выпустил наружу одного из аборигенов, под своим контролем, конечно. Для чего? Щупальца видеосенсоров, раскинутые им, в свое время, на поверхности вблизи места его залегания, по большей части вышли из строя. Но некоторое их количество все еще функционировало. Плохо было то, что почти все они оказались под поверхностью грунта. Демонстрировали картину внешнего мира только три из них, пристроенные на окрестных скалах. Еще четыре были этим грунтом буквально чуть присыпаны. Именно эти сенсоры и решил расчистить Дальник при помощи аборигена. Клоны он решил не использовать — управлялись они не очень уверенно.
Абориген с задачей справился и вернулся назад. Однако, возникли проблемы с закрытием выхода. Вернее, проблема была одна: он не желал закрываться — внешняя оболочка омертвела на девяносто процентов. Чему удивляться? Не нужно было открывать это отверстие, вообще.
Потом появились аборигены из внешнего мира. Первых из них уцелевшие сенсоры видели плохо и ночью дальник снова решил послать рассмотреть их поближе своего аборигена. Потом местных собралось совершенно неимоверное количество. Дальник не привык к такому ажиотажу вокруг себя. Но что было делать? И он, с помощью оставшихся сенсоров, стал наблюдать, за развившими бурную деятельность, аборигенами. Можно было перед гибелью позволить себе такое развлечение.
Судя по всему, местная цивилизация развивалась быстро. По-крайней мере, десять тысяч местных лет назад, когда Дальник ещё мог наблюдать планету, аборигены находились в состоянии дикости. Дальник продолжал наблюдение, одновременно прорабатывая варианты мероприятий, препятствующих проникновению чужаков внутрь себя. Вариантов, строго говоря не было. Вход он закрыть не мог, для генерирования силового поля не хватало энергии, уйти под землю он не мог по той же причине. Даже если бы и удалось закрыть отверстие входа, Дальник сомневался, что местные оставят его в покое. А с их неожиданно высоким техническим уровнем, рано или поздно, все равно прорвались бы внутрь. Оставалось просто наблюдать.
Проникшие внутрь, видимо для разведки механические приспособления, дальник дал команду уничтожить клонам, поддерживающим внутренний гомеостаз. Те справились с задачей уверенно, но сразу после этого опять произошел сбой — клоны перестали подчиняться его дальнейшим командам и начали действовать согласно заложенным в них базовым рефлексам. В данном случае уничтожать все проникающее извне.
