У оператора средств поражения Виктора Бобкова истекало время вахты. Он оторвался от экрана компьютера, с которым проводил очередную шахматную партию — единственное спасение во время скучных шестичасовых вахт, — и глянул на часы. До смены оставалось семь минут. Снова посмотрел на экран, анализируя ситуацию на доске. Окончание обещало быть интересным, сбрасывать было жалко, а времени доиграть не оставалось. Вздохнув, он перебросил положение фигур в долговременную память центрального компьютера станции. Потом на досуге можно воспроизвести ситуацию на терминале в каюте, или доиграть во время следующей вахты. Закончив с этим, он ещё раз посмотрел на время. Две минуты. Сменявший его Евгений Зарецкий славился пунктуальностью и появился в отсеке как всегда минута в минуту. Виктор поднялся с кресла, уступая место.
— Как вахта? — задал Евгений традиционный вопрос.
— Всё спокойно, как обычно, — меланхолично отозвался Виктор, отошёл от кресла и сладко потянулся, разгоняя застоявшуюся от долгого сидения кровь. Затем сделал несколько разминочных упражнений, чувствуя, как возвращается упругость к мышцам.
— И что у нас за служба, — уже громко, для всех присутствующих, произнёс он. — Третий месяц сидим и ничего. Поистине пустота космическая. Хотя бы инопланетяне нагрянули, или уж, на худой конец, завалящий астероид забрёл.
На его слова отреагировал только один человек — Ирина Ольбинская, начальник поста наблюдения. Откинувшись на спинку кресла, она вытянула ноги и, подавив зевок, протянула:
— Опять ты за своё, кликуша. Смотри, беду накличешь.
— Если бы, — вздохнул Виктор. — Торчим здесь без дела, скоро совсем мозги заплесневеют.
— Ничего, — снова подала голос Ирина. — Послезавтра устроят очередную неожиданную тревогу — развлечёшься.
Мимикой Виктор изобразил своё отношение к этим тревогам.
— Никому здесь не понять мою романтическую натуру, — пожаловался он. — Хотя бы ты, Ирочка, обратила на меня своё внимание. Как насчёт прогулки по оранжерее сегодня после обеда? — спросил он без особой надежды, скорее по привычке.
Ирина улыбнулась уголками губ:
— А почему бы и нет?
Виктор не поверил собственным ушам. Уж не показалось ли? Однако, судя по реакции присутствующих понял — не показалось: трое пробудились от оцепенения, вызванного нудной вахтой, и с явным интересом прислушивались к разговору. Было, чему удивляться: Ирочка Ольбинская, явно влюблённая в координатора станции Андрея Горелова, правда, без видимой взаимности, и не балующая своей благосклонностью других, вдруг заявляла такое.
От неожиданности Виктор даже растерялся и не смог скрыть за обычной маской напускной развязности радость. Но быстро взял себя в руки, подошёл к креслу Ирины и, усевшись на подлокотнике, ещё не до конца поверив в своё счастье, спросил:
— Ты это серьёзно?
Ирина спихнула его.
— Вполне. Если конечно не будешь сейчас тут болтаться и мешать нести вахту.
Виктор небрежно отмахнулся:
— Какая вахта — одна формальность, в случае чего приборы такой трезвон поднимут — мёртвый проснётся, — и снова попытался взгромоздиться на подлокотник.
На этот раз старший наблюдатель пресекла эту попытку в самом начале.
— Слушай, Витенька, не зарывайся!
Виктор понял, что кажется действительно переборщил.
— Хорошо, удаляюсь и попробую до утра поспать, хотя не уверен, что после случившегося это удастся.
— После случившегося? Однако! — хмыкнула Ирина.
— Ухожу-ухожу, — затараторил Виктор. — И теперь, пожалуй, пусть инопланетяне и астероиды повременят с визитом, по-крайней мере, до завтра.
Нажатием кнопки он открыл бронированную дверь, вышел из отсека и направился в душевую. Куда девалась вялость, вызванная долгой вахтой? Виктор не шёл, а летел по коридорам. После контрастного душа от усталости и сонливости вовсе не осталось и следа. Однако следовало прилечь и попробовать заснуть, иначе часа через три-четыре усталость неизбежно вернётся. Он добрался до своей каюты и забрался в постель. После неудачной попытки заснуть, заложил руки за голову и задумался.
С чего это вдруг Ирина удостоила его своим вниманием? В центральном блоке станции постоянно обитают шестьдесят три человека. Из них всего двадцать две женщины, причём семь замужем и несут службу на пару с законными супругами. Соотношение, конечно же, далеко от идеала, во всяком случае, для мужчин. Ну хорошо хоть так, а то ведь первый год для службы на станции набирались только мужчины. К счастью, потом тугодумы из управления разрешили, хоть и с ограничениями, нести вахту и женщинам. И ничего, справляются иногда даже лучше, чем представители сильного пола.
И всё же, почему при таком богатом выборе претендентов — именно он, Виктор? Ну с Гореловым всё ясно. Этот слишком явно игнорировал все попытки Ирины к более близкому знакомству и, в конце концов, гордость у неё тоже имеется, вот она и решила сменить объект внимания. Пусть даже назло начальнику. Этот вариант тоже устраивал Бобкова. На многое Виктор не претендовал.
