– Да, господин. Асиэль, сообщи господину Сениэлю, – приказал худой. Один из солдат вытащил око дня. Он говорил коротко и робко.
– Придет, – сказал он, наконец.
Даймон ждал, оценивая ров, ворота и двойное кольцо стен. «Неплохо», – подтвердил он свою предыдущую поверхностную оценку. Наконец калитка приоткрылась, выпуская очень молодого крылатого в ранге офицера.
– Атанаэль! – удивленно воскликнул он. – Ты правда вернулся, господин!
– Естественно, дурень. Проводи меня к Нисроху. Немедленно.
Молодой офицер заколебался.
– Не могу, господин. Великий Цензор лично…
– Ну хватит! – рявкнул Даймон. – Это кошмар какой-то! Хотя бы сообщи ему!
Лицо офицера покраснело.
– Отличная идея, господин. Это можно сделать согласно приказу.
Он достал око дня и начал излагать ситуацию. Даймон ждал с гневным выражением лица, хотя сердце бешено колотилось.
– Секретарь пошел его уведомить, – наконец сказал Сениэль с выражением облегчения, что скинул ответственность за неожиданного гостя.
Через минуту отозвалось око.
– Это сам Великий Цензор, господин, – сказал офицер, передавая Даймону кристалл. – Хочет с тобой поговорить.
Ангел Разрушения посмотрел на рассерженное лицо Нисроха. Цензор с подозрением присматривался к нему.
– Бездна! Как тебе удалось выжить? Все утверждали, что ты погиб.
– Неправду утверждали, – произнес Даймон. – Я едва ноги унес. Долго скрывался. Я устал и ослаб. Меня долго будут держать перед воротами?
Нисрох искривил губы.
– Ладно, вижу, что это ты. Но как я могу быть уверен, что ты не предатель? Может, тебя прислал Габриэль?
«Извини, Хийя, – подумал Даймон. – Извини, дорогая».
– Спятил? Знаешь, как сукин сын любил ту девку с проклятой кровью! Он – ангел мести. Как думаешь, он бы меня тепло принял?
Цензор скрипуче засмеялся.
– Наверное, раскаленным железом на ремни бы тебя порезал. Ладно, заходи. Поговорим, почему ты облажался. Дай мне этого Сениэля.
Фрэй передал око. Офицер махнул рукой, и калитка со скрипом открылась. Они вошли. Сад и дворец были украшены с неслыханной роскошью. «Все за деньги из государственной казны, сукины сыны», – подумал Даймон. Он старался сохранять спокойствие, но гнев снова заполыхал в нем высоким пламенем.
Нисрох принял его в кабинете. Конечно, он был не один. Даймон узнал Моафиэля, секретаря Великого Цензора, и Гозиуса, канцлера. Кроме них, в комнате присутствовали четыре рослых солдата.
– Как это мило, что ты встречаешь меня с такой многочисленной свитой. Правда, великолепное общество.
Сидящий за столом Нисрох развел руками.
– Все для тебя. Подходи ближе и присаживайся. Ты, наверное, устал.
Даймон направился к указанному стулу. С трудом он удержал ироническую ухмылку, когда заметил, что в искусной мозаике, покрывающей пол, хитроумно вставлена прямая линия из голубых сияющих камней, ведущая через всю комнату. «Противомагическая сигнализация, – фыркнул он про себя. – Примитивная штучка». Он без страха пересек черту. Все-таки чары Разиэля были действительно высокого уровня.
– Как ты спасся? – с подозрением спросил Нисрох.
Даймон пожал плечами.
– Я немного соображаю в магии. Окружил себя шаром воздуха, который защитил меня в воде. Добрался до берега и эвакуировался с помощью ковра.
Нисрох прищурил глаза.
– Ты взял ковер. Осмотрительно.
Даймон оскалился.
– Как всегда.
– И где прятался так долго?
– На территориях Вне-времени. Ждал, пока все уляжется.
Цензор вздохнул, переплетя пальцы.
– Ладно, не буду больше тебя мучить. Ты падаешь с ног. Не вини меня за чрезмерную осторожность. Сам понимаешь ситуацию. Я правда рад тебя видеть.
«Я тебя тоже, – подумал Даймон. – А еще больше буду рад, когда выпущу твои кишки, кровожадный старик».
– Поговорим завтра. Иди отдохни. Слуги проведут тебя в спальню.
– Спасибо. Именно это мне и надо.
Нисрох хлопнул в ладоши. В дверях появился одетый в оранжевую ливрею гений с грустным лицом и робким взглядом. Даймон слегка удивился, поскольку гении редко служили как лакеи. Похоже, двор цензора состоял из настоящих изгоев.
– Спокойной ночи, – буркнул Нисрох.
«Посмотрим, для кого спокойной», – подумал Даймон, кивнув цензору.
Слуга повел его роскошным коридором в комнату. На каждой стене красовались ценные картины, оправленные в рамы, украшенные драгоценными камнями. Панели и предметы ежедневного использования выполнены из благородных металлов, хрусталя и самого дорогого фарфора. Мебель, обивочная ткань, гардины и ковры, казалось, кричали каждому проходящему о своей цене. Губы Даймона искривились от злой ухмылки. «Война – дорогое удовольствие, а эти безделушки хорошо пополнят государственную казну, когда тебя не станет, Великий Цензор Нисрох».
Комната, в которую его привел гений, лопалась от роскоши, как и остальная часть дворца, и, хотя она не была обставлена со вкусом, в ней было все необходимое. Фрэй скинул одежду, искупался в прилегающей ванной комнате, потом съел принесенный слугой обед, состоящий из холодных закусок, сыров и фруктов. Специальный талисман, полученный от Разиэля, предупредил бы его, если еда была отравлена.
