Ситуация, которую он лично начал неудачным судебным процессом против Габриэля, тяготила его еще сильнее, чем позолоченный потолок комнаты регента. Ох вздохнул. Ни он, ни Дубиэль, ни Нитаэль не могли справиться с приобретенной властью. Чиновники Царства хоть и провозгласили их сорегентами, наместниками Божьими и Великими Эонами, но вовсе не собирались с ними считаться. Заговорщики неоднократно ощущали оказываемое им пренебрежение, которое росло пропорционально с уменьшением их влияния. В Царстве бесчинствовали отряды наемников и обычных преступников, Лимбо охватило зарево пожарищ, в казне закончились средства, а вооруженные банды и вояки, нанятые аристократами, жаждали выкуп за то, чтобы оставить высшие небесные круги. Бог не давал никаких намеков, упорно молчал с вершины Трона, а простые крылатые ожидали возвращения Габриэля, словно спасения. Усугубляло ситуацию и то, что Терател полностью утратил контроль над фанатичными группами радикальных анархистов, которые уничтожали общественные сооружения, жаждая возвращения к райской невинности, лишенной любой иерархии. Не далее как утром они разбили окна в патио дворца и загрязнили бассейн так, что сдохли все гидры.
– Нужно было лучше стараться! – гаркнул смуглый темноволосый ангел Персии Дубиэль. – Сукин сын сбежал! Интересно, понравится нам его месть?
Могучий Нитаэль откинул светлые волосы.
– Не истери, Дубиэль. Ты так говоришь, словно ждешь, что он вот-вот вернется.
Ангел Персии молниеносно повернулся.
– Естественно, жду! Горизонт темнеет, а вы ведете себя словно слепые. Знаете, что пишут на стенах? «Габриэль – избавитель!», «Габриэль – единственный законный регент!», «Вернись, надежда Царства!».
Нитаэль пожал плечами.
– Боишься надписей на стенах? Они не кусаются.
– Но Габриэль, на которого мы организовали неудачное покушение, легко может откусить нам головы, – яростно прошипел Дубиэль. – Как он смог улизнуть?
– Его заслонил Узиэль, его адъютант. Погиб вместо Габриэля, – хмуро произнес Нитаэль.
– Понятно, – с горечью сказал Дубиэль. – Видите, как его любят? А покажите мне хоть одного крылатого, который подставит свою задницу за нас? Всех троих они продали бы за миску гнилой манны.
Присутствующие промолчали.
– Мы выследили его один раз, сможем и во второй, – буркнул Нитаэль. – В следующий раз все получится.
– Хватить нести чушь, – огрызнулся ангел Персии. – Паршиво, что мы вообще до такого дошли. А должно было быть все так красиво. Благородные мужи освобождают Царство от тирана.
Он сплюнул. Его пронзительный взгляд упал на сжавшегося в углу алхимика.
– Не буду напоминать, кто нас на это подбил. Чего молчишь, Ох? Открой рот и расскажи что-нибудь возвышенное. А собственно, почему ты не используешь эту свою фантастическую Книгу? Столько о ней говорил, что даже тошнило. Сотвори чудо, великий чернокнижник. Исправь ситуацию.
– Я работаю над этим, – буркнул Ох.
– Не приставай к нему. Он нашел убежище Габриэля, – отозвался Нитаэль.
Дубиэля перекривило.
– Замечательно! Какой подвиг! Возможно, с помощью этой Книги можно получить могущество, равное Божьему. Ну, давай, Ох, сделай что-нибудь необычное!
– Она зашифрована! – вздохнул алхимик.
– Ах так? – глаза Дубиэля стали узкими, как щелки. – Зашифрована?
– Оставь его в покое! – рявкнул Нитаэль. – Не хватало только, чтобы мы перегрызлись.
Ангел Персии подбоченился.
– Где она, Ох? Никто из нас ее еще не видел. Она вообще у тебя?
– Я спрятал ее на Земле, – прошипел Ох. – Тут для нее опасно.
– Опасно? – язвительно усмехнулся Дубиэль. – А что может быть еще хуже, чем оказаться в руках скверного алхимика, который не может даже открыть ее? Правда, Ох? Страницы самых важных фрагментов почему-то не хотят раскрываться, да, Ох?
– Заткнись, Дубиэль! – с раздражением закричал Нитаэль. – Подумаем, что нам делать!
Ангел Персии не слушал.
Последние лучи солнца падали через хрустальное окно Дворца Силы. Они разбрызгивали красноту вечера по стильной мебели и старательно подобранным картинам Габриэля. Три регента Царства неистово ссорились, как какие-то жалкие торгаши, в молчаливых стенах самого важного государственного здания Небес.
