— Потому что уже очень скоро здесь будет полным-полно тех, кто хочет убить и тебя, и твоих приятелей, гвалт которых даже здесь слышно, и, конечно же, вашего предводителя. Как там его? Шварца. Герхарда Шварца. Тебе достаточно причин, которые я назвал?
Причин было достаточно. Информации маловато.
— Кто хочет нас убить? За что?
— О боги! — закатил глаза под лоб посланец Агриппы. — Увижу нашего общего друга, скажу, что очень тобой разочарован. Да-да, на лестную оценку даже не рассчитывай. Какая разница кто идет за твоей головой? Главное — что идут, этого достаточно. Потому живо дуй… Где вы там живет? Да, впрочем, неважно. Так вот — набей седельную сумку сухарями и вяленым мясом, прихвати огниво, оружие на бок, седлай коня — и вон из замка! И сразу — всякие сопли вроде «а как же мои друзья» выслушивать не буду. Я сделал то, что обещал, потому — будь здоров. Мне, знаешь ли, тут задерживаться тоже не след. Среди тех, кто уже близко, есть люди, знающие меня в лицо. И они представляют, кто я и чем занимаюсь. Да, если ты опасаешься «проклятия бежавшего ученика», то не переживай. Его тень на тебя не падет.
Мне жутко хотелось узнать, кто он такой, но я промолчал. А смысл спрашивать? Видно же, что все равно не ответит.
— Вот еще что, — остановился оборванец, уже сделавший пару шагов в сторону. — Чуть не забыл. Не вздумай валить отсюда вот по этой тропе, ведущей в деревню. Это дорога к смерти. Как с горы спустишься, бери левее.
— В сторону Штауфенгроффа? — уточнил я.
— Я не знаю, что там находится, — поморщился незнакомец. — Мне в этих местах раньше бывать не приходилось. Главное — в деревню не суйся. Обогни ее по дуге, а после проваливай в свой родной Лесной Край. Это не я тебе советую, это приказ Агриппы. Причем в Центральные королевства не по главному тракту следуй, а через переправу, что на Стийе. Этот путь длинней, но безопасней. Разбойников там повывели, ну а волков, если что, как-нибудь да разгонишь. На то ты и маг. Оттуда уходи в пустоши Лироя, оттуда двигай до Форнасиона, а там попробуй сесть на какое-нибудь суденышко, курсирующее от моря до верховьев Кироны. Она через полконтинента течет, по ней, если повезет, почти до своей глуши дойти сможешь. Пусть долго, зато относительно безопасно. И вот еще — в больших городах рожей своей не свети. Искать тебя, скорее всего, не станут, но кто знает? Все усвоил?
Да чего там усваивать. Маршрут-то знакомый, мы таким образом в свое время в Халифаты добирались, с той, правда, разницей, что из Форнасиона мы отправились к южной оконечности Королевств, а здесь мне надо будет забирать севернее.
Мне? Одному? Я что, для себя уже все решил?
И все-таки — кто же идет за нашими головами?
Я преисполнился решимости взять непонятного визитера за грудки и как следует потрясти, но поймал руками только воздух. Его и след простыл. Я стоял у ворот один одинешенек.
А может, оно и к лучшему? Не знаю, кто это был такой, но возникает у меня ощущение, что если бы я попробовал выбить из него силой какие-нибудь сведения, то совершенно необязательно, что у меня бы это получилось. Проще говоря — это очень, очень непростой человек был, сведущий в том, как тихо приходить, ловко убивать, и сделать так, чтобы тебя потом не поймали. Что же до не слишком удачного маскарада, то подозреваю, что состряпан он был на скорую руку, потому и смотрелся немного неестественно. Причем именно для меня, потому что я успел побывать на самом дне и соображал, что там к чему, а для какого-либо селянина или благородного он будет выглядеть вполне правдоподобным.
Ладно, демоны с ним, с этим странным ловкачом. Мне-то что делать? На самом деле улизнуть втихаря и в одиночку?
Наверное, года два назад я так бы и сделал. Но не сейчас. За это время я настолько поглупел, что позволил себе такую роскошь, как друзей, из-за которых, как правило, в моей жизни и случаются всякие неприятности.
А еще есть наставник, с которым сейчас мне придется как-то объясняться. И я заранее знаю, что это будет очень, очень трудный разговор.
Но — нужный.
Сложно не понять, почему на меня не подействует «проклятие бежавшего ученика». Со смертью учителя оно перестает действовать.
Стоп. А если это все же ловушка? На нас всех?
Боги, ну почему опять я? Почему вы не послали кого-то с этим предупреждением, например, к Магдалене? Или к Мартину? Ну пусть бы у них голова болела, а не у меня.
Ладно, надо идти к учителю. Выбора нет, а время идет.
Хорошо, я к нему подойду и скажу… А что, собственно, я скажу? «Наставник, тут скоро к нам пожалует кто-то, не знаю кто, и сделает нам всем плохо». Не надо обладать хорошо развитым воображением, чтобы понять, что он мне на это все ответит. Больше скажу — я бы и сам не сильно мне поверил. Не сказать, не поверил вовсе.
Но при этом угроза-то реальна. Агриппа кто угодно, только не шутник. И еще — он очень, очень не любит расставаться с чем-то, что принадлежит ему. Если он отдал свой перстень этому странному человеку, значит, на то у него были очень веские обстоятельства. Например, он захотел в очередной раз спасти от смерти одного недалекого паренька.
