А он — выживет. Такого старичка ударом о дерево не убьешь. То чудо, что он не очухался через пару минут после падения. Хотя… Кто его знает? Может, и очухался, да решил происходящее перележать в снежке. Он свое дело сделал, а все остальное его не касается.
Эх, не поохотиться мне на кабана или медведя в собственных лесах, не помять грудастых девиц на весенних веселинах! Экая досада!
Как оказалось, радоваться жизни было рановато, потому как наши потери на сегодня не закончились. Когда я осадил коня у заветного столба, то сразу увидел наставника и Гарольда, они закапывали в снег у обочины тело Тюбы.
— Меня спас, по сути, — заметив мое появление, хмуро произнес Ворон. — Стрелы, что в мою спину летели, он в свою принял.
— Рувима ждать? — Аманда подошла ко мне и выдернула из плеча стрелу, которая так из него и торчала. — Надо же, только оцарапала — и все. Повезло.
— Рувим все, — махнул я рукой в направлении Вороньего замка. — Там, на дороге остался. Тоже всего истыкали.
— А я о нем сегодня плохо подумала, — призналась вдруг Аманда. — Ну когда он затянул песню о том, что мы все погибнем. Решила, что трус. А зря, дрался он хорошо. И умер достойно, пусть даже и от стрелы в спину.
— Отступить — не значит струсить. — Ворон стянул с головы шляпу, Гарольд последовал его примеру. — Худо то, что мы его похоронить хоть как-то не смогли. Его и Боннер.
— За Гранью извинимся перед ними, — решительно заявил Монброн. — Они поймут и простят. Все, наставник, в путь. До света нам надо убраться отсюда как можно дальше.
— Коней бы не загнать, — поморщился Ворон. — Как назло, еще мороз разгулялся. Если лошадки падут, то беда, новых не раздобыть.
— Я золото прихватил, — порадовал нас Монброн. — Купим.
— Золото и у меня есть, — отмахнулся наставник. — Толку-то с него? В крупные селения нам соваться нельзя, а в мелких деревушках три лошади на всех, и те клячи, на которых без слез не взглянешь. Эх, Тюба, Тюба! Так бы мы его послать за подменными лошадьми могли, а теперь… Если только Грейси под деревенскую девку вырядить…
— Наставник, боюсь, и в этом случае ничего не получится, — странно-натянутым тоном произнесла Аманда. — Я хотела попросить вас отпустить меня.
— О как. — Гарольд нехорошо скривился. — Сестрица, от кого, от кого, а от тебя я такого не ожидал. Ты же вроде всегда неробкого десятка была?
— Если бы я относилась к мужскому полу, или ты, Гарольд, имел поменьше предрассудков, то поединок состоялся бы прямо сейчас. Не магический, а обычный, на шпагах, — немедленно окрысилась Аманда. — Ты в своем уме? При чем тут… А, да что с тобой говорить!
— Главное — ко времени вы все это устроили, — ехидно до невозможности сказал Ворон. — Грейси, ну вот что ты за человек, а? Все у тебя не так, как у других.
— Как и у вас, мастер, — откликнулась Аманда. — И у фон Рута. И Боннер, да упокоится ее душа. Мы все такие.
— «Мы» — кто? — уточнила Монброн.
— Ученики Ворона. Так что, наставник, отпустите меня домой?
— Ладно, — с великой неохотой, что было хорошо заметно, согласился мастер. — Тебя все равно не удержишь, если ты чего решила, то это из твоей головы потом не выбьешь. Я своим правом отпускаю тебя, Аманда Грейси, но с одним условием.
— До смерти не умирать? — задорно спросила девушка.
— Это твое личное дело, — немного суховато возразил ей Ворон. — А мое условие таково — твоя учеба еще не закончена, потому если я тебя призову, ты обязана явиться туда, куда скажу.
— Можете во мне не сомневаться, — приложила руки к сердцу она. — Так и будет.
— В большие города не суйся, — уже более мягко посоветовал ей наставник. — И одежду смени. Хотя тебя в таких вопросах учить — только портить.
— Лошадь брошу, и к какому-нибудь купеческому каравану прибьюсь, — деловито заявила Аманда. — При них всегда много народа ошивается. А в Центральных Королевствах чего-нибудь придумается.
— Форсеза опасайся, — вставил свое слово Гарольд. — Он умом давно поехал, а после сегодняшнего, думаю, окончательно от злобы свихнется. И ты, сестренка, внесена в его список главных врагов.
— Лови, — я отцепил от пояса кошель, что мне дал Агриппа, и перебросил его девушке. — Золото лишним не бывает, особенно если путешествуешь в одиночку.
— За что мне нравится фон Рут, так это за его основательность, — сообщил Монброну Ворон. — Нас с тобой лишь на полезные советы хватило, а он дал ей то, с помощью чего на самом деле можно добраться до цели.
Аманда подошла ко мне, как-то кривовато улыбнулась, а после обняла за шею и крепко поцеловала в губы.
— Ого! — не удержался от комментария наставник. — Как у вас, ученики, все непросто, оказывается, в жизни. А я-то тут со своей войной…
— Я тебя люблю, Эраст, — громко сообщила мне Аманда. — Ну вот, наконец сказала. Теперь можно ехать с легким сердцем.
Собственно, так она и поступила — ловко запрыгнула на лошадь, дернула уздечку и спустя мгновение исчезла в ночной мгле.
А я так и стоял, словно замерев.
