Посоветовавшись с Михаилом Петровичем, Максим решил ехать 20 января 1984 года. В кассе продали билеты туда и обратно на весь маршрут следования: Москва – Берлин – Веймар – Дрезден – Берлин. Максим с удивлением узнал о том, что советские железнодорожные кассы свободно продавали билеты на любые внутренние железнодорожные рейсы в ГДР. «Но я не знаю точной даты поездки в ГДР из Веймара в Дрезден. С билетами будет все нормально?» – взволнованно спросил Максим у кассирши. Та очень важно ответила, что ему достаточно в поезде предъявить эту розовую квитанцию и все будет нормально.
Через два дня была запланирована поездка в банк, и это стало поистине целым мероприятием. Ехать нужно было к 8-30 утра, так как этот волшебный банк работал до 11 утра, а потом закрывался. По утренней темной зимней Москве они на машине поехали на шоссе Энтузиастов, и с трудом, светя фонарем, нашли нужный дом и обнаружили, что никакого указания на то, что это банк, нет. Но у массивной двери стояла горстка людей, а из-за темных штор пробивался свет. Атмосфера в банке была деловой, вышколенные женщины околопенсионного возраста по предъявляемым справкам выдавали валюту. На человека меняли 600 рублей из расчета 40 копеек за 1 марку ГДР. Им выдали 3 тысячи марок ГДР, что показалось целым состоянием.
Перед Новым Годом Максим зашел к Михаилу Петровичу за дополнительными инструкциями.
– Я все сделал, Ханс-Юргену написал, что десять дней пробуду в Веймаре и потом только потом приеду в Дрезден. Как мне доехать до Веймара, ведь поезд в Берлин приходит в 8 часов вечера?
– Ничего, доберетесь. В Берлине на вокзале Остбанхофф купите билеты на U-bann – это городская железная дорога, типа нашего метро, только наземная. Доедете до станции Берлин – Шпандау – это местный железнодорожный вокзал, и оттуда каждые два часа отходит поезд на Веймар. Я звонил профессору Вольфгангу Зиберу и договорился о вашей встрече. Он сказал, что его аспирант Вольфрам встретит вас на вокзале в Веймаре у первого вагона. Там один ночной поезд, и он прибывает примерно в три часа утра. Не волнуйтесь, немцы – люди четкие и аккуратные. Все будет хорошо. В Веймаре вы будете жить в общежитии высшей школы, полагаю, что там хорошие условия. Профессор Зибер примет вас на кафедре, и если вы ему понравитесь, то пригласит на обед домой. Нам нужно установить с ним неформальные дружеские отношения. Я очень надеюсь, что к лету удастся наладить с ними обмен студентами и аспирантами. И общайтесь там на кафедре: чем больше друзей вы там обретете, тем легче нам будет потом выстраивать работу. Ну а в Дрездене вами будет заниматься Ханс-Юрген.
Максим все внимательно записал и решил, что они разберутся.
Лита купила много подарков: деревянные расписные ложки, доски, пасхальные яйца и матрешки, жостовские подносы и три дорожки из вологодского кружева. Максим взял с собой десять банок красной икры – ровно столько, сколько смог достать, а также пять бутылок водки. Подарки заняли целый чемодан, так что много вещей решили не брать, а при необходимости истратить на них полученные в банке марки.
20 января устроили прощальный завтрак, на котором распили маленькую бутылку шампанского. Анна Александровна испекла на дорогу капустный пирог и блинчики с мясом. По случаю отъезда Михаил Петрович прислал им свою персональную Волгу, и ровно в 14 часов дня Лита и Максим отъехали от Москвы в купе СВ поезда Москва – Берлин.
В двухместном купе полки были друг над другом, а под верхней полкой была еще и третья, которая вплотную примыкала ко второй. Они стали горячо обсуждать, как можно ездить на трех одновременно разложенных полках и как пассажиры второй и третьей полок забираются, а главное, спускаются.
«Да, если упасть с этой третьей полки, то костей не соберешь», – философски изрек Максим. А Лита стала искать душ в вагоне, который, впрочем, не обнаружила. Проводница уточнила, что душа в вагоне нет и что в девять часов будет Минск, а в час ночи Брест – граница. Они прекрасно провели время: Максим читал Достоевского, а Лита вязала себе модный свитер и слушала вагонное радио. «До Берлина хочу закончить, а потом свяжу тебе профессорскую кофту с шалькой. Я как раз взяла с собой ровницу45, которую по случаю перед поездкой купила у подруги и большие деревянные пуговицы».
После Минска поужинали и решили ложиться спать. А посредине ночи проводница стала стучать в купе и громогласно объявлять: «Товарищи, вставайте, граница. Все идите в туалет, через 20 минут я туалеты закрываю». Лита накинула на плечи огромную шаль, а Максим спустился сверху и надел свитер. Поезд остановился, в купе вошли пограничники, внимательно проверили документы и поставили печать о выезде. Затем они попросили их выйти из купе для проведения дополнительной проверки, по окончании которой попрощались и пожелали хорошей дороги.
