ИСТОРИИ ФРИДЫ ШИБЕК РАСПРОДАЮТСЯ ТИРАЖАМИ В 200 ТЫСЯЧ ПО ВСЕМУ МИРУ!В старом книжном шкафу в полуразрушенном коттедже своей бабушки Ребекка находит дневник и стопку писем из 1940-х годов. Вскоре становится ясно, что история ее семьи гораздо сложнее, чем думала Ребекка. Она сбежала из дома и долгие годы не видела даже свою маму. Теперь же ей предстоит узнать, что за темные тайны скрывала все эти годы ее любимая бабушка Анна?В письмах и дневнике оживает история времен Второй мировой войны. Юная Анна влюблена в Луку и готова рискнуть всем, когда он просит ее помочь переправить евреев через пролив, не подозревая, что это вмешательство навсегда изменит их жизни.Ребекка понимает, что не только ей одной необходимо примириться со своим прошлым. Но достаточно ли времени прошло для того, чтобы семья смогла найти путь друг к другу?Пронзительная и полная надежды история о том, как пережить трагедию и пронести свою любовь сквозь десятилетия. От Фриды Шибек, одной из самых знаковых писательниц Швеции.«Восхитительно насыщенная история со всеми ингредиентами, нужными для отличного настроения!» – Expressen Sondag«Фрида Шибек – мастерица любовных романов в историческом сеттинге». – Bokfiii«"Секрет книжного шкафа" – это напряженная, насыщенная событиями и теплая история о любви, судьбе и мужестве. Две параллельные истории искусно переплетаются между собой и образуют хороший роман с замечательной атмосферой». – BTJ«Это одновременно сильный и до тонкостей выверенный роман. История прошлого не может не волновать…» – Boksann
Посвящается бабушке Керстин и всем отважным людям, рисковавшим своей жизнью, помогая беженцам перебраться через Эресунн осенью 1943 года
Frida Skyback
Bokskapets hemlighet
Перевод с шведского
В оформлении переплета использованы фотографии:
Во внутреннем оформлении использованы иллюстрации:
Используется по лицензии от Shutterstock.com
Анна смотрит в зеркало и с трудом узнает свое побледневшее лицо. В последнее время кусок в горло не лезет. Кожа стала серой, глаза запали, волосы потеряли блеск.
Стоя за ее спиной, мама прикрепляет фату. Каждая новая шпилька, которая втыкается в прическу, проходит сквозь волосы, отзываясь уколом в голову. Анна изучающе смотрит на мать, пока та сосредоточенно поправляет тонкую, невесомую ткань. В материнских глазах сквозит серьезность, вокруг плотно сжатых губ прорезались морщины.
Белое платье мерцает в свете лампы, взгляд Анны скользит по ниспадающей волнами ткани. «Как можно проще», – просила она портниху. «Но чтобы подобало достойной свадьбе», – добавляла мать.
– Не знаю, смогу ли я, – бормочет она.
– Теперь держится, – замечает довольная мать, отставляя в сторону коробку со шпильками.
Анна хочет кивнуть в ответ, но ничего не получается. Все пережитое за последние недели внезапно охватывает ее. Девушка всхлипывает и оказывается в материнских объятиях.
– Ну, не надо, – успокаивает ее мать, неловко поглаживая по спине. – Все будет хорошо.
Материнский голос звучит мягко, но в нем угадывается нечто иное, отголосок какого-то раздражения. Он хорошо знаком Анне, и она боится, как бы маминому терпению внезапно не пришел конец. Бушующие внутри чувства необходимо унять, показывать их нельзя.
– Нервничать перед свадьбой – это нормально, – продолжает мать со слабой улыбкой на лице. – Я в день свадьбы была в полуобморочном состоянии. Все беспокоилась, вдруг что-то пойдет не так: флорист неудачно подберет цветы, еды на всех не хватит или священник собьется. Но все обошлось.
Мать опускает глаза, и повисает молчание. Они стоят так близко, что с легкостью могут дотронуться друг до друга, и в то же время их разделяет необъятная пропасть. Дочь с матерью никогда не могли найти общий язык, если речь шла о серьезном.
– Пойду проверю, как идет подготовка, – говорит в конце концов мать, кивая в сторону двери. Анна прикусывает губу. Ей не хочется оставаться одной, она боится своих мыслей, но и остановить мать не может.
Девушка медленно подходит к окну, откуда открывается великолепный вид на серо-голубое море и дюны, ветер треплет прибрежную траву. Роскошная вилла всего в двух километрах от Хиллесгордена. Что может быть лучше? Так говорила мама, очарованная местом, когда они попали сюда впервые. Мысль о том, что Анна будет теперь здесь жить, что это – ее дом, ошеломляет, девушка с трудом может поверить в происходящее.
Приложив руку к стеклу, она чувствует, как холодок пробегает по коже. Ей представлялось, что, если только удастся дожить до этого момента, все наладится. Но, прислушавшись к себе, Анна понимает: душа по-прежнему сопротивляется.
Она осматривается вокруг: спальня отделана в синих и белых тонах, кровать застелена вязаным покрывалом, на комод кто-то поставил вазу с цветами. Очень красиво. Жаловаться не на что, и все равно ощущается отторжение. В потаенных уголках души еще теплится надежда на чудо.
Тяжело дыша, Анна закрывает глаза и слышит материнский голос.
Девушка сглатывает от волнения. Так много вопросов, на которые необходимо найти ответы. Она будто в эпицентре бури. Откуда ей знать, что правильно, а что – нет?
Выглянув в окно, Анна рассматривает вечнозеленые кусты, высаженные в саду вдоль стены, где-то в отдалении слышен едва уловимый шум прибрежных волн. Как бы ни было тяжело горе, которое она несет в себе, вида подавать нельзя. Окружающая действительность сжимается, не оставляя поля для маневра. Наступает осознание неизбежности происходящего, Анна глубоко вздыхает. Теперь ей ясно, что другого пути нет.
Осторожно отодвинув щеколды, она открывает окно. Холодный ноябрьский ветер, ворвавшись в комнату, треплет прическу, но девушка не обращает на это никакого внимания. Ей нужно услышать море, нужно вдохнуть его соленый запах.
– Прости, – шепчет она, чувствуя, как сердце пронзает боль. – Прости меня, любимый!
