Парни продолжали сверлить друг друга злыми взглядами. Им нужно было выплеснуть на кого-то тот гнев, страх и безысходность, которая накопилась в них. Вдруг тошнота опять подошла к горлу, хорошо, что Артем вовремя поднял меня на руки и отнес в ванную. Когда рвота прошла, парень помог умыться и отнес обратно в комнату. Я думала, что мы там застанем чей-то труп, и в данный момент меня устраивал и тот и другой в качестве трупа. Но то, что я увидела, повергло меня в легкий шок: парни сидели друг напротив друга, и спокойно что-то обсуждали. На мгновения я подумала, что ко мне опять вернулись галлюцинации, но удивление на лице моего друга подтверждало реальность этого. Парень молча опустил меня на кровать, и укрыл, будто он чувствовал, что, не смотря на то, что я горю мне очень холодно. Он присел рядом, потому что я попросила его об этом мысленно. Говорить я уже не могла, так же как двигаться без боли, было такое чувство, что каждую кость в моем теле ломают, а потом они еще и не правильно срастаются. С каждой минутой мне становилось все хуже, хотя Артем и пытался перебрать часть мой боли на себя, но я не позволяла, бросая последние крупицы силы, что бы отгородится от него. В скорее вновь появилась Ева, и начались перепады силы, то что-то загоралось, то взрывалось.
Максим и Стас, уже час, что-то обсуждали, иногда говоря по телефону, и вновь обсуждали. Иногда они подходили ко мне, пытались что-то сделать, бормоча заклинания, но ничего не помогало. Уже после двух таких часов, я начала медленно прощаться с жизнью, мне было не страшно. Я лишь чувствовала вину, вину за то, что это причинит мучения Артему. Почему-то в этот момент я думала только об этом парне, не о своих родителях, не о брате, не о своих друзьях, и даже не о себе, я думала только о нем. Он перенес столько утрат, и мне не хотелось, что бы я становилась еще одной причиной его боли.
- Я уже не знаю, что делать, - устало крикнул Максим, отбрасывая телефон, по которому только что говорил с Кириллом.
- Давай искать позитив, - более бодрее сказал Стас, - температура у нее уже не повышалась два часа. Правда по ее виду можно сказать она сейчас видит галлюцинации. Испанец, ты зачем ее укрыл она и так горит?
- Это она внешне горит, но ей холодно, - спокойно ответил парень.
- Точно, как же мы могли забыть у нас ведь тут телепат, ну почти.
- Что с ней? – встревоженно спросил Максим.
- Она почти ничего не слышит, ей холодно, ее жжёт кулон, она уже не может перенаправлять его силу, - на мгновение парень замялся, будто не зная говорить или нет. –Еще она… она хочет смерти.
Максим взбесился не на шутку, в его глазах горел бешеный огонь. Он был готов, набросится на меня, но его остановил Стас, дочитывая сообщение, которое ему пришло.
- Похоже, ее мечте не суждено сбыться, - полу ликующе ответил Стас.
- Что? Что ты узнал? – одновременно спросили парни.
- Отец нашел решение этой проблемы, - улыбнулся тот. – Мне всего лишь нужно поцеловать нашу принцессу. Прям сказка, какая-то.
- Я не буду целовать тебя, - мой голос выдался очень тихим и хриплым.
- Заговорила, прогресс. Ты лучше умрешь, чем снова поцелуешь меня? А помнется, тебе раньше то нравилось.
Мой взгляд скользнул на Максима, лицо которого было напряженно, и на нем читалась ревность и смирение. Он был готов смотреть, как я целуюсь з другим, он был готов наблюдать за этим всю жизнь, лишь бы я осталась жива. Но я не была готова к этому, я не могла позволить ему еще раз прикоснутся ко мне. Я слишком хорошо помню, как он действует на меня.
- А почему именно ты должен ее поцеловать? – подозрительно посмотрел на него Артем.
- Только я могу одновременно «подогреть» ее изнутри, и «остудить» ее снаружи, - засмеялся Стас. – Я покоритель всех четырех стихий, и если знать правильное заклинание можно устроить это, а заодно я заберу на себя заклинание поиска.
- С чего ты такой добрый стал? – не унимался парень, в то время, как я уже почти ушла от реальности, я даже не слышала больше запахов.
- Артем, - тихо, но настойчиво окликнул друга Максим.
- Нет, а что, он такой добреньким стал? – не унимался Артем. – Сам же знаешь, люди не меняются.
- Он просто любит ее, - с болью в голосе, но с неким пониманием произнес Максим.
Дальше все утонуло в темноте. Туда где я оказалась, я чувствовала себя счастливой, я больше не чувствовала ни холода, ни огня, не видела Еву. Мне было хорошо, но это начинало душить меня. Я уже приготовилась к своему концу, как вдруг почувствовала прохладные губы, они нежно, но грубо проникли мне в рот. Я не могла контролировать свое тело, мои руки, в которых неизвестно откуда появилась сила, обвили шею Стаса. Мне было его мало, я с остервенением хваталась за него, и мне сейчас было все равно, что на нас смотрят Максим и Артем, чувство вины испарилось куда-то. Я была словно изнеможенный жаждой странник в пустыни, которому дали попить, и ему все было мало, один глотов не утолял жажду, а порождал еще большее желание.
