Я ничего не почувствовал, просто вдруг я оказался посреди жуткой, темной комнаты. Она наводила страх, стену будто кричали, что они были свидетелями множества смертей, а следы ногтей на них лишь подтверждали это. Если в этом месте и правда Юля провела месяц, то не удивительно почему она обессилила, и перестала бороться. Я обвел взглядом комнату, и в дальнем углу я обнаружил Юлю. Она сидела облокотившись на стену, ее руки лежали на коленях, а голова была опущена. От этой картины у меня больно сжалось сердце, я с ужасом представил, что она пережила за это время. Она выглядела еще хуже, чем, когда попала к нам: ее кожа была скорее синего цвета чем нормального, волосы торчали в разные стороны, тем самым она напоминала сумасшедшую, и она было очень ходой, даже болезненно худой. Я стал подходить к ней очень медленно, когда я присел возле нее на корочках, и она подняла голову по правде говоря я испугался. Белок в ее глазах был крестным, а глаза не зеленые, а какие-то мутные. В ее взгляде читалась злость, обреченность, и радость с облегчением. Никогда прежде не видел такого взгляда.
- Теперь мой умирающий мозг решил показать мне тебя. Лишил на последок самое сладкое, как говориться. Ну оно и правильно, я виновата перед тобой больше чем перед остальными.
- Юля, послушай, - я встряхнул ее за плечи, - это всего лишь игра твоего разума. На самом деле ты дома, ты больше не здесь.
- Если бы это было правдой, - вдруг она нежно прикоснулась к моей щеке, ее прикосновение было холодным, но до жути приятным. – Мы очень жаль, что я причинила тебе столько боли, я правда не хотела. Ты заслуживаешь лучшего, чем я.
- Юля, пожалуйста, - я начал умалять ее. – Давай ты очнешься и мы поговорим об этом. Обещаю я приму любое твое решения, любые твои слова, но если ты скажешь мне их, когда очнешься.
- Странная ты галлюцинация, - она улыбнулась измученной улыбкой, но она все равно была прекрасной. – Но знаешь не важно, - она притянула мое лицо ближе к себе. – Знаешь, что я поняла находясь здесь.
- Что же? – я пытался быть терпеливым, но все же понимал, что времени у меня мало.
- Что я безумно хочу сделать это, - она жадно впилась в мои губы поцелуем.
Мне составило многого труда совладать с собой, и не повалить ее на пол, и взять прям здесь. Но ко мне вовремя дошло, что мы всего лишь в ее голове, и нужно ее отсюда вытаскивать.
- Ты не представляешь, как я этого хочу, но ты должна очнуться.
- Да, что ты заладил очнуться, я не сплю, - зло выпалила девушка.
- Правильно, ты в ловушке своего сознания. Ты больше не здесь, ты дома. Тебя принес Доминик неделю назад, но все это время ты находилась в состояние похожей на кому. Ты должна мне верить. Ты мне веришь?
- Да, - даже не задумываясь ответила она. – Но даже если все, что ты говоришь правда, это ничего не меняет.
- Но если ты не очнешься, то умрешь.
- Я этого заслуживаю.
- Ты не можешь это говорить всерьез, - теперь злиться начинал я.
- Могу, - Юля опять взяла мое лицо в свои руки, и заставила смотреть в ее глаза. – Я убила Стаса, и это не дает мне покоя, ведь у него была любящая сестренка, которая наверняка плачет за ним, его родители.
- Он делал плохие вещи, и один любящий его человек не меняет этого факта.
- Я любила его, - немного с психом кинула она, но тут же взяла себя в руки. – Как я могу жить с мыслью, что могу убить человека, которого люблю. И к тому же мы все делаем плохие вещи, но от этого не стаем достойней смерти.
Мне не нашлось, что ответить ей. При словах, что она любила Стаса, что-то во мне оборвалось, и я почувствовал такую боль.
- А ты вообще подумала о своей матери, брате, Артеме, отце, Кирилле, мне в конце концов, - скинув ее руки, закричал я. – Ты эгоистичная девчонка, которой плевать на чувства других.
- Да, я такая, и я никогда не скрывала этого, - ответила так же Юля. – И не смей меня упрекать, что я не забочусь о вас. Все, что я делала, это было, чтобы защитить вас. А сейчас я устала, у меня больше нет сил бороться. Я хочу умереть.
Не сдержав эмоции, я просто впечатал ее в стенку и ударил возле нее кулаком. Она в страхе зажмурила глаза, но что раньше бы лишь подняла бы бровь, и посмотрела взглядом, который говорил, что я идиот. И именно теперь я понял, почему она так говорит, она сломлена морально. Что-то случилось пока она была у охотников, то что так сильно ее потрясло. Неужели они… мне не хотелось думать об этом, потому что если это так, клянусь богом я их буду убивать долго и мучительно.
- Ты не можешь умереть. Я ведь люблю тебя красавица.
Она таким любознательным взглядом рассматривала мое лицо.
- Ты такой…, - она не договорила, вдруг поменялась в настроение. – Это ничего не меняет. Уходи, убирайся прочь, - последнее предложение она прокричала.
И я правда вылетел с ее сознания, и оказался в комнате и на меня уставились Кирилл с Артемом.
- Мне не удалось, - опустив глаза сказал я.
Вдруг тело Юли опять сотряслось, и рука безжизненно повисла с кровати. Артем быстро кинулся к ней, и начал нащупывать пульс. Лицо друга покрылось пятнами, было видно, что еще немного и он будет готов заплакать.
