На самом деле я не понимала, почему мне нельзя говорить своего имени, но раз так надо то ладно. Когда я вышла из машины то увидела большой замок готического стиля, весь его вид говорил о его величие. Внутри замка было просторно, на стенах висели картины, на каких были изображены сцены из разных легенд. В частности была картина, на которой изображены Мерлин и Моргана, наверное, нет ни одного человека увлекающегося магией, который бы не знал эту легенду. По обе стороны дверей ведущих в зал, стояли две статуи рыцарей, они были как живые, мне на мгновение показалось, что они сморят на меня. Как только мы вошли в зал, меня ослепил невероятно яркий свет, что не вписывался в общий фон замка. В такой ослепительной яркости света была виновата люстра, она была сделана из золота, на потолке где она висела, было нарисовано четыре стихии: вода, ветер, огонь, земля. Было много людей, барышни платьях поза прошлого века, джентльмены в смокингах, некоторые были в маниях, что весьма удивило меня. Все было как на лучших балах 17 века, приходилось верить на слово, ведь я ни разу не была на балу. Все очень пристально на меня смотрели и перешептывались каждый раз, когда мы проходили. К нам подходили разные люди, здоровались и с интересом рассматривали меня. От этого мне становилось неловко, мне не нравилось такое внимание. Я думаю, они смотрят не на меня, а на платье, эта мысль меня немного успокаивала. В очередной раз когда к нам подошла пара, мне они сразу не понравились, девушка была очень худой и высокой впрочем, как и ее спутник, черты их лица были резкими, а взгляд был убийственным. Они, как и все предыдущие восхищались моей красотой, в их словах слышалась фальшь, и лицемерие. Но как только к нам подошел высокий, статный мужчина лет 50, они сразу заткнулись. Уклонившись, они исчезли. Не знаю, кто он был, но я была ему очень благодарна, что он закончил это шоу лжи и лицемерия. Он поприветствовал нас, поцеловал мне руку, я же сделала легкий реверанс.
- Стас, почему ты прятал от нас такое сокровище?
От него, эти слова звучали приятней всех тех комплиментов, что мне сегодня пришлось выслушать.
- Боялся, что украдут мою принцессу.
- Правильно делал. - он обратился ко мне, - Как же вас зовут миледи?
Я помнила, что Стас говорил мне ни в коем случае не говорить своего имени, хотя я так и не поняла почему. Я не имела ни малейшего представления как выкручиваться. Хорошо, что мне помог Стас.
- Я начинаю ревновать милорд.
- Не стоит, я уже не в том возрасте, - задорно улыбнулся мужчина. – Раз ты настолько ревнив, что не хочешь разглашать ее имя. Я буду звать ее Златовлаской.
- Мне нравится, - поддержал Стас.
- Не подарите ли вы мне танец, миледи? – спросил мужчина.
- Я бы с удовольствием. Но, увы, мое платье мне этого не позволит, - с искренним сожаление, ответила я.
- Платье у вас прекрасно, но не практично. Ты наверно специально выбрал ей такое платье, что бы она ни с кем не танцевала, - обратился он, к моему спутнику. Тот лишь загадочно улыбнулся. – Я бы с удовольствием еще с вами поговорил. Но с моей стороны будет не вежливо обделять вниманием других гостей. Надеюсь, еще увидимся.
Мужчина ушел. Он произвел на меня самое лучшее впечатление, он был так учтив и искренен, это то, что выделяло его из толпы лицемеров. Наблюдая за всеми этими людьми, я заметила, что чувствую я каждого по-разному, от некоторых веет холодом, другие будто светиться кто светлым, кто темным цветом, еще одни влекли к себе, а другие отталкивали. Весь бал был необычен, что-то в нем было не так. Все люди были разной национальности, это был видно по их внешнему виду, одежде, манере держаться. Я понимала, что все они не могут знать русский, но говорили на нем без каких либо дефектов или акцента. Еще я заметила, повсюду были статуи. Это были: ведьма, вампир, оборотень, суккуб, дракон, мать всего, Мерлин и Моргана. Все это было немного странно.
- Станцуй со мной, - прошептал мне на ухо, Стас. – Я устал от общения с ними.
- Я не могу, - я показала на платье, - сам его выбирал.
- Просто станцуй со мной, - потребовал он. Я не могла сейчас ему сопротивляться, то ли на меня так вино подействовало, то ли его холодное, освежающее дыхание у меня на шее, я не знаю.
Протянув ему руку, он потянул меня к толпе танцующих людей. Мне было стыдно, ведь я не умею танцевать вальс. Сменилась очередная песня, на это раз я узнала ее – это была emily browning – sweet dreams.
- Я не умею танцевать, - судорожно прошептала я. На нас смотрели все, те, кто танцевал до этого, остановились, и наблюдали за нами.
