– Вы помните мою сестру Битти, которая исчезла с постоялого двора?
– Да, – отвечает он. – Я помню, что ты приходил сюда её искать.
– Её похитили.
– Не могу в это поверить!
– Я знаю, что нужно похитителю, и я должен обменять на это Битти. Но я хочу, чтобы она была в безопасности, поэтому…
– Что? – спрашивает мистер Кац, глядя на меня. Его лицо почти сияет.
– Поэтому я подумал, не могу ли я отдать вам то, что нужно похитителю, и попросить его оставить Битти у вас.
Мистер Кац отвешивает низкий поклон.
– Для меня большая честь стать твоим посредником, – отвечает он.
Наверное, потому, что мистер Кац соглашается мне помочь, Мэри тоже соглашается и идёт со мной к Тоду, придерживая подол платья руками, чтобы не запачкать его в снежной каше. Всю дорогу она говорит, но я почти не слушаю. Я думаю о том, как легко всё складывается.
Мистер Кац сразу же согласился и даже не спросил, когда это произойдёт.
Отлично.
Если обмен состоится и Мэри пришьёт ткань к раме, тогда мы получим Битти и постараемся запустить машину. Интересно, как нам получить этот приз?
– Так что мне предстоит шить? – спрашивает Мэри, толкая меня локтем.
– Покажу, когда придём.
– На чердаке у Тода? Я там уже была.
– Правда?
– Мы ведь с Тодом друзья, – говорит Мэри, пристально глядя на меня тёмно-карими глазами.
Друзья?
– Значит, ты знала о воздушном змее? – спрашиваю я, стараясь скрыть своё смущение.
Мэри наклоняет голову.
– Вроде того. Чертежи у тебя?
– Тихо! – восклицаю я.
Мы останавливаемся у мастерской гробовщика.
– Я не могу лезть через забор в этих юбках, – говорит Мэри. – Мы должны войти через дверь.
Дверь немного приоткрыта, и мы заглядываем внутрь. Там темно, и во мраке мерцает пламя единственной свечи. Дядя Тода стоит, склонившись над маленьким гробом, и что-то льёт в него через воронку.
– Боже мой! – шепчет Мэри. – Он маринует бедняжку. Тод говорит, он любит ставить эксперименты с малышами. – Она ёжится. – Хочет добиться, чтобы тела сохранялись дольше и их можно было хоронить в открытых гробах.
– Здравствуйте! – говорю я, распахивая дверь и стараясь не смотреть на гроб. – Мы пришли к Тоду.
Мистер Бэллон скорбно смотрит на нас. У него такие тёмные глаза, что я почти не вижу их, потому что на его бледном лице они кажутся совсем запавшими.
Не представляю, как Тод может здесь жить вместе с дядей-зомби и негодяем отцом. И здесь так холодно.
Мэри делает реверанс, и мы проходим через маленькую кухню и поднимаемся на чердак к Тоду.
Тод свернул воздушного змея в углу и разложил на полу все детали двигателя.
– Атан, хочу спросить тебя, как работает вот эта штука. – Он показывает мне деревянные лопасти. – Она сюда подойдёт?
Больше часа мы трудимся, не покладая рук. Я достаю из сферы чертежи и раскладываю на столе. Мэри и Тод разглядывают, а я объясняю, показываю и собираю двигатель.
– Что это? – спрашивает Мэри, указывая на квадрат с красными буквами в верхнем углу.
– Не знаю, я не умею читать по-китайски, – отвечаю я.
– Это не китайский, а английский, – говорит Мэри.
– А, ну конечно! – Мы с Тодом переглядываемся. Ни один из нас не умеет читать.
– Это для тебя, Атан, – говорит Мэри.
– Что там написано? – спрашивает Тод.
Мэри склоняется над чертежами и начинает медленно читать:
– Дорогой Атан, – медленно произносит она, – если ты смотришь на эти чертежи, значит, ты нашёл их, как я и полагал, потому что ты настойчив и умён. Я их спрятал, потому что мне кажется, что про нас узнали. Думаю, за нашей машиной охотятся другие люди, и они сделают всё, чтобы её заполучить. Я хочу, чтобы ты защищал её, но не более того. Не ставь под удар свою семью, очаровательных сестёр и замечательную маму. Лучше отдать машину, чем заставить их страдать.
Но мне бы хотелось верить, что однажды ты и наша птица подниметесь в небо и поможете человечеству сделать шаг вперёд.
Твой друг, Исаак Чэнь.
– Исаак? – переспрашивает Тод. – Вот уж не подумал бы, что его так звали.
Я не могу произнести ни слова. Я стараюсь шмыгать носом как можно тише, но очевидно, у меня плохо получается, потому что Мэри достаёт из рукава безукоризненно чистый носовой платок и протягивает мне.
– Мой папа был мастером на все руки, – весело говорит она. – В детстве он меня многому научил, но этот механизм – нечто особенное. Я бы хотела показать его мистеру Кацу, он будет ужасно удивлён.
– Поверь моему опыту, лучше тебе об этом ничего не знать, – отвечаю я.
– Ты прав! – Мэри смеётся. – Эта машина приносит несчастья, верно?
Мы замолкаем и принимаемся шить, привинчивать и прибивать.
– Пойду схожу к Полли, – наконец говорю я. – Узнаю, что ей удалось выяснить.
Я перелезаю через забор, сбрасывая снег на пустые ящики для кур. От двери на кухню я вижу стоящую у плиты Полли. На её щеках видны два розовых пятнышка.
Тихо постучав по закопчённому стеклу, я жду, когда она откроет дверь.
– Атан, это ужасно! – шепчет она. – Бабка уже спит в твоей кровати. Она читала заклинания и раскладывала в дверях чеснок.
– Так скоро? – поёживаясь, спрашиваю я.
