Секрет старинного дневника полностью

Со всем, что свалилось на нас этим утром, я забыла сообщить маме о новом умении Чубакки – отпирать свою клетку. Удрали оба: и Пушистик, и Чуи. Хитрый шимпанзе ещё и позаботился закрыть за собой дверь амбара. Всё, что мне пришло в голову: он нашел какое-то приспособление, позволяющее открывать задвижки на дверях. Оттопыренный палец – очень полезная штука.

Я помнила, что мама запретила мне выходить из дома, но сейчас у меня не было выбора. Я обязана найти Чубакку и Пушистика Паутера. И лучше мне поторопиться, потому что я совершенно не хотела застрять в этом жутком лесу после заката. Я посмотрела на шпионские часы. Было почти четверть седьмого, а клиника закрывается в семь тридцать.

Я быстренько закинула сена в вольер для Плевалки и Морфея и побежала через лужайку в лес. Я предположила, что Чубакка повёл Пушистика Паутера назад на полуразрушенный сеновал, где недавно его нашёл. Что-то было не так с этим сеновалом, и я собиралась это выяснить.

На траве я не смогла бы различить следы Чуи или Пушистика, но, оказавшись на протоптанной тропинке, я принялась искать отпечатки. После летнего дождика земля стала влажной. Грязь – лучший друг детектива. Я встала на четвереньки и изучила все следы. Одни напоминали отпечатки рук с необычно длинными ладонями и короткими большими пальцами. Их определённо оставил шимпанзе. У других имелись похожая на боб ладошка и четыре пальца – собака. Я пошла по их следу.

Настроившись на максимальную чуткость, я пробиралась через лес. У-ух! По голой ноге проехалась колючая ветка. Я лишь потёрла свежие царапины и пошла дальше. У меня не было времени на остановки. Я должна найти Чуи и Пушистика до темноты… И что гораздо важнее, до того, как мама вернётся домой.

Если вы прислушаетесь, то поймёте, что лес всегда полон звуков: повсюду пение птиц, перекличка бурундуков, треск сучьев. Листья шелестят на ветру, а белки скачут по веткам. И дополнит картину ваше собственное дыхание: вдох-выдох, вдох-выдох, как игра на аккордеоне.

Я успела запыхаться, пока добралась до сеновала. Дверь была приоткрыта. Отпечатки на грязи вели внутрь. Миска с кормом была пустая, да и сам сеновал тоже. Наверное, Чубакка с Пушистиком задержались здесь только чтобы перекусить. Пучок длинной чёрной шерсти, зацепившийся за косяк, подтверждал, что здесь был Чубакка. Может, он стоял и чесался спиной о косяк, пока Пушистик обедал.

Гуси у бабуси! Продолжив осматривать следы снаружи, я увидела, как две пары знакомых отпечатков уходят в сторону кладбища. Куда собралась эта парочка?

Солнце уже опустилось так низко, что облака на закате стали оранжевыми. Я проверила карманы шпионской жилетки. Гадство! Я забыла в амбаре шпионский фонарик. Тем более следует вернуться до заката. В темноте мне в жизни не найти дорогу домой.

Я посмотрела на шпионские часы. Уже семь. Через полчаса Кэролайн закончит работу. И к этому моменту мне лучше быть дома. Я прибавила шагу.

У-ух! Ветка так врезалась в лицо, что едва не сшибла очки. Подождите! Куда подевались следы? Я осмотрела тропинку. Они пропали. Я вернулась и пошла по следам от своих шагов.

Ага! Там, где тропинка разветвлялась, следы поворачивали в другую сторону. Эта новая тропа поднималась на холм. Спотыкаясь на корнях и отводя особенно настырные ветки рукой с блокнотом, я поднималась навстречу последним лучам на закате. Тропинка закончилась, и я оказалась на краю идеально ухоженной лужайки. Ничего себе!

На другом краю лужайки на вершине холма за уродливой чугунной оградой торчал дом с привидениями. А между мной и особняком стоял ещё один небольшой кирпичный домик.

Неужели Чубакка отвёл Пушистика в особняк? Теперь, на траве, я не могла их выследить. Я поспешила к ближнему строению. Может, тут есть ещё один дом? Приблизившись, я увидела большие гаражные двери. Да, гараж был что надо! Я на цыпочках подкралась к окну и заглянула внутрь. Чёрт! Я так и подскочила от неожиданно раздавшегося собачьего лая. Какого лешего…

Я снова заглянула в окно. Погоди! Это же Пушистик Паутер. Он лаял так, что чуть не задыхался, и пытался запрыгнуть на окно. Вот это да! Голосистый пёсик. Лаял, прямо скажем, за десятерых. Пончики-помпончики! Вот и он, Чуи. А это уж не чёрная ли кошка сверкает зелёными глазищами с крыши старинного экипажа?

Я быстро обежала кругом. Все двери заперты. Как же они попали внутрь?

Рядом с гаражной дверью имелась ещё одна, поменьше, привычных размеров. Я дёрнула за ручку. Гадство! Заперто. Я постучала, но ответили мне одни цикады.

Пушистик Паутер залаял ещё громче, и Чубакка вторил ему, вереща что было сил.

– Тс-с! Замолчите! – Но разве они послушают? Я оглянулась. Наверняка кто-то обратит внимание на этот шум.