Секрет старинного дневника полностью

– Как вы тут? – спросила она. Хорошо, что с такого ракурса ей не было видно дыру.

– Всё хорошо, – заверил Батлер.

Я кивнула в знак согласия.

Хрустик готов был разреветься.

– Перси в порядке?

– Да, конечно, – соврала я. Однако миссис Патель не очень-то нам поверила.

– Кто-нибудь может помочь мне в пекарне? У меня торт в духовке, и надо обслужить покупателя. – Смуглая щека миссис Патель была слегка испачкана мукой. Она вытерла руки о передник. – Это займёт пару минут.

– Конечно, – я выразительно посмотрела на Батлера и отдала ему батончик с гранолой. – Фредди любит их почти так же, как собачьи бисквиты.

Я последовала за миссис Патель в пекарню. Миссис Патель мне нравилась. Она учила меня печь ужасно вкусные сладости. Миссис Патель всегда улыбалась и казалась довольной. А по торжественным случаям она наряжалась в великолепные платья из яркого шёлка, которые называются сари. Наша мама по торжественным случаям просто надевала чистый рабочий комбинезон.

Миссис Патель провела рукой по лбу.

– Ух, ну и жара! – Она прошла на кухню через распашные двери. Я же направилась дальше, в магазин.

Здесь была стеклянная витрина с выложенными десертами и касса, на которой я научилась работать. Возле двух высоких металлических столиков стояли ярко-зелёные барные табуреты. При виде меня с одного из них соскочил нескладный подросток. Из-за чёрной кожаной куртки и армейских ботинок он показался мне довольно крутым. Он криво улыбнулся. Наверное, ему лет четырнадцать… больше, чем мне, но меньше, чем брату Батлера, Оливеру.

– Пончики есть? – На ходу лохматая светлая чёлка упала ему на один глаз, и он встряхнул головой, стараясь её откинуть.

– Есть гулаб джамун, – я показала на витрину. – Это индийские пончики в сиропе.

– Индейские? От американских аборигенов, что ли? – Мальчик небрежно прислонился к витрине.

– Нет. Индийские – значит из Индии. Это на юге Азии. – Я сердито нахмурилась. Мне было неприятно, что он оставляет на стекле жирные отпечатки пальцев. – Очень вкусные. Хочешь попробовать?

Миссис Патель всегда предлагала попробовать бесплатно. Она понимала, что, как только посетитель попробует десерт, он уже не сможет его не купить.

– Давай, – он протянул руку.

Я открыла витрину, взяла щипцы, уложила круглый пончик в бумажную формочку и передала ему через прилавок.

– Тебя как звать? – Он засунул пончик в рот. И с полным ртом продолжил: – Ты тут типа работаешь?

– Меня зовут Кассандра О’Рурк. – Все друзья зовут меня Кейси, но этот парень мне не друг. – Мне почти тринадцать. И я здесь просто помогаю.

– А я Джеймс, но все зовут меня Слизняк. – Он взмахнул рукой в сиропе. – И мне почти пятнадцать.

– Ты живёшь в Лимонных холмах? – Никогда его здесь не видела. Наверное, новенький.

– Я как птичка. Я нигде не живу.

– Даже у птиц есть гнёзда, если только они не пингвины. – Я приподнялась на цыпочки и тщательно протёрла прилавок. – А твои родители?

Тут я вспомнила про своих родителей и невольно поморщилась. Папа вечно шутит: «Кейси, вызывает Земля!» Я всё ещё хочу, чтобы он вернулся домой.

– Я сирота. У меня нет родителей. – Он не спеша облизал сироп с пальцев. – Ничего так пончик.

– Что, даже приёмных нет? Или опекуна?

– О своих приёмных родителях я говорить не желаю. – И он сунул руки в карманы.

– Значит, ты кукушонок. – Я воспользовалась случаем, чтобы окончательно вытереть его следы со стекла. – Кукушки подбрасывают своих птенцов в чужие гнёзда, чтобы их там вырастили.

– Ты откуда такая умная?

– У меня мама ветеринар. И она научила меня всему, что знает про животных.

– А чего это на тебе рыбацкая жилетка? – Слизняк снова прилип к витрине.

Я уже открыла рот, чтобы сообщить ему, что я детектив, когда за спиной раздался шум. Ввалился Хрустик и закричал:

– Скорее! Фредди ранен!

– Чё за Фредди? – спросил Слизняк.

– Вонючий хорёк моего брата. – Я швырнула тряпку в раковину за прилавком. – Мне пора. – Я положила руку Хрустику на плечо. – Идём. Спасём твоего Фредди. – И я направилась к задней двери. Если Слизняк захочет ещё десерта, пусть подождёт.

Уже на бегу я услышала писк Фредди. У меня забилось сердце. Плюшки-пампушки! Что я буду делать? Стена на вид была совершенно целая, кроме проклятой дыры.

– Ты пробовал приманить его батончиком? – спросила я.

Хрустик кивнул. Его щёки блестели от слёз.

– Батлер побежал домой за пилой, – в его голосе слышались слёзы.

До дома Батлера было не меньше мили. Даже на велике он вернётся не раньше чем через десять минут.

Опустившись на четвереньки, я отломила кусок батончика с гранолой и сунула его в дыру.

– Фредди, выходи! – В ответ он запищал ещё громче, и снова раздался странный звук. Да что там творится? – Я вынула батончик из дыры. Давай, Фредди! Тут твой лучший друг скоро откинет коньки!

– Он ранен! – завывал Хрустик. – Его искусала бешеная крыса!

– Он сильнее крысы, – ради Хрустика я бы хотела, чтобы это было правдой.

Но когда писк превратился в вопли, я впала в панику.