– Осторожнее, – прошипела она и зажала Амосу ладонью рот. – И
– Иффифи, – пробормотал он.
Марен опустила руку и указала на окно. Амос кивнул и присел под ним.
– Вы даже не представляете, с кем имеете дело, – произнесла Талия.
Два мужских голоса разразились звонким смехом.
– Вы и правда думаете, что мы вас боимся? – сказал один из братьев.
– Меня не волнует, боитесь вы меня или нет, – сказала Талия. – Вы скоро поймёте, что это не имеет значения. Вы оба заблуждаетесь.
– Ура! – прошептал Амос.
– Тсс! – шикнула на него Хэлли.
– Наша работа состоит в том, чтобы всё шло гладко, – сказал Келвин или Мелвин.
– И это именно то, что мы делаем, – добавил Мелвин или Келвин.
– Вы шутите? – Внутри офиса прозвучал громкий удар. Марен, Хэлли и Амос вздрогнули. – Это полная катастрофа! Вам должно быть стыдно.
Марен не поняла, что, по мнению Талии, было полной катастрофой: то, что некоторые дети ходят во сне, или то, что лунатиков недостаточно?
– Вы думаете, мы не знаем, кто вы на самом деле? – спросил Келвин или Мелвин.
– Ого, – прошептала Марен.
– Вы думаете, меня это волнует? – парировала Талия, сопроводив свои слова очередным стуком. – Лучше следите за собой, иначе у вас будут проблемы посерьёзнее, чем у меня.
На что оба брата вновь разразились смехом.
– Убирайтесь отсюда, – сказал один из них.
– С удовольствием, – ответила Талия.
Хлопнула дверь, и инструктор по созданию снов выскочила наружу. Марен, Хэлли и Амос поспешили прижаться к стене. Талия поспешила прочь под дождём.
– Что это было? – шёпотом спросил Амос.
– Понятия не имею, – прошептала Марен.
– Тсс, – сказала Хэлли.
Спустя несколько мгновений Келвин и Мелвин вышли на улицу. Один из них открыл зонтик в горошек. Они укрылись под зонтом и поспешили прочь.
– Она вела себя довольно агрессивно, – заметил Амос.
– Может, она просто пытается помочь, как и мы, – предположила Хэлли.
– Но не под прикрытием, – возразила Марен. – И они знают о её умении создавать сны. Я просто не понимаю, что тут происходит.
– Никто не понимает, – простонал Амос.
– Я прослежу за ней, – сказала Хэлли. – Вы двое управитесь с телефонными звонками?
– Конечно, – сказала Марен. – Там только один телефон, так что мы все там не нужны.
– Хорошо, – сказала Хэлли. – Я вернусь через двадцать минут.
С этими словами она бросилась в темноту. У Марен от тревоги скрутило живот. Не то чтобы Хэлли подстерегала опасность, но вся эта ночь казалась намного опаснее, чем что-либо до сих пор. Вероятно, это просто грохотал гром, но коленки Марен задрожали.
– С ней всё будет в порядке. – Амос толкнул Марен локтем в руку, словно читал её мысли.
– Чепуха! – сказала она.
– Нет, правда, – сказал Амос. – Я думаю, она…
– Я знаю, и спасибо тебе, – сказала Марен. – Чепуха! Анри, ты вообще здесь?
– BON SOIR, NOUILLES MOUILLES![39] – раздался скрипучий крик Анри.
Марен чуть не выпрыгнула из кожи от радости.
– Эй, кого ты называешь мокрой лапшой? – возмутился Амос.
Марен простонала:
– Почему ты не слушаешь пароль, Анри? Нам нужно, чтобы ты проследил за Хэлли и убедился, что она в безопасности.
– VACHE TYRANNIQUE[40].
– Может, она корова-тиранка, потому что ты не слушаешься? – парировал Амос.
– Довольно! – Марен сердито посмотрела в темноту. – Я знаю, тебе небезразлична наша семья, и ты должен лететь прямо сейчас. Если с Хэлли случится что-то плохое, лети сразу сюда. Понял?
Анри обиженно вскрикнул, но, не высказав больше никаких грубостей, растворился в ночи.
Марен вздохнула:
– Лучше бы бабуля завела собаку!
– А мне он нравится, – сказал Амос. – Пока не какает на меня.
– Ты просто понятия не имеешь… – возразила Марен. – Ладно, давай начнём звонить.
Амос дёрнул входную дверь, но та была заперта. Марен попыталась открыть окно, но оно не открылось. Никакого другого окна не было, как не было и чёрного хода.
– Может, нам вломиться туда? – спросил Амос.
Марен пожала плечами.
– Думаю, да. К тому времени когда Келвин и Мелвин узнают, что случилось, многие родители уже будут на пути сюда.
С хитрющей ухмылкой Амос вытащил из рюкзака ржавый молоток.
– Что ты намерен сделать? – спросила Марен.
– Разбить окно. – Амос стукнул молотком по ближайшему стеклу и разбил его.
– Ладно, перефразирую свой вопрос, – сказала Марен, осторожно ступая по осколкам стекла, усеивающим землю. – Где ты взял молоток? И для чего?
– Нашёл в лодочном домике, – ответил Амос. – Наверное, раньше им пользовались для ремонта лодок, но я подумал, что он может пригодиться.
– Ты хочешь сказать, он пригодится для того, чтобы калечить опасных преступников? – спросила Марен.
– Или вломиться в первый попавшийся домик.
Несмотря на свою обычную кривую ухмылку, Амос выглядел в глазах Марен иначе. Он как будто стал старше и чуточку опаснее, что одновременно пугало и восхищало. Вытащив из сумки запасную футболку и обернув ею руку, Амос смахнул с подоконника битое стекло.
– Хочешь пойти первой?
Если честно, Марен этого вовсе не хотела, но она также не хотела показаться трусихой и поэтому кивнула. Амос подсадил её на подоконник.
– Остерегайся стекла на той стороне, – предупредил он.
