Вдобавок ко всему Марен рассказала внучке Песочной Женщины про антисонные противоядия и даже дала ей несколько. Эти противоядия были их главным оружием, и Марен передала их врагу, как конфету.
– Экскурсия, вау-у-у! – крикнул Амос, вскинув кулак, и все остальные разразились радостными воплями.
– Без этого разве нельзя? – пробормотала Марен, когда они сели на свои места, и автобус отъехал от остановки. – Чем меньше внимания мы привлекаем, тем лучше.
Хотя все дети сидели по трое на сиденье, на том, что было позади Марен и Амоса, сидел только один человек: Талия Мандрагора. В зеркальных очках на глазах и с блаженной улыбкой на губах, она прислонилась к стеклу. Когда они сели, она даже не шелохнулась. Ни улыбки, ни тени узнавания.
Анри в рюкзаке шевелился, извивался и корчился. Марен попыталась поставить рюкзак на пол, но там уже стояла большая жёлтая сумка.
– ATTENTION![48] – раздался из её рюкзака приглушённый крик.
– Извини, – прошептала она. – Не шуми!
– Ты можешь поверить в то, что Кармелла – Песочная Женщина? – прошептал Амос.
– Нет, – сказала Марен. – Но как мы это пропустили?
Она почувствовала, как её легонько дёрнули за косу, и голос за её сиденьем прошептал:
– Привет, Марен.
Вздохнув, Марен опустила голову и заставила своё лицо принять сонное выражение, хотя её сердце стучало в груди, как барабан.
– Всё в порядке, – прошептала Талия. – Я тоже под прикрытием. И я, очевидно, тоже не сплю.
Весь автобус во всё горло заорал бейсбольную песню, и Марен откинула голову назад.
– Откуда вам известно моё имя? – прошептала она.
– Я знала, кто ты, в ту минуту, когда ты вошла в мою мастерскую, – ответила Талия. – Возможно, вы об этом не задумываетесь, но ваша семья известна среди создателей снов.
– Как вы думаете, Кармелла тоже знает, кто я? – спросила Марен.
– Возможно, хотя я сомневаюсь, – сказала Талия. – Песочная Женщина никогда не была большой поклонницей сотрудничества. Она не считает себя частью нашего сообщества.
– Вы уверены, что это действительно она? – спросила Марен, хотя и не представляла, кто это ещё может быть.
– Никто не видел Песочную Женщину почти сорок лет, но я готова спорить на любые деньги, что это она, – сказала Талия. – Никто другой не смог бы провернуть такую операцию. Если честно, это впечатляет.
– Верно, – согласилась Марен.
– Я работаю в магазине снов в Седоне, – продолжила Талия. – Мы с подозрением отнеслись к этому лагерю, когда услышали о нём, поэтому я устроилась на работу, чтобы следить за происходящим. Келвин и Мелвин не планировали занятий по созданию снов, но мне удалось убедить их, что это будет отличным дополнением к их программе. Конечно, я никого не учила создавать настоящие сны. Можете представить, что необученные дети сотворят с активированной снотворной солью и случайными ингредиентами? – Она даже вздрогнула. – Но сила подсознательного внушения такова, что сны и впрямь работали для некоторых, хотя они проделали всю эту работу самостоятельно.
Прикрыв глаза и сохраняя сонное выражение лица, Марен кивнула. Напряжение в челюстях и плечах немного ослабло. Теперь она знала: Талия на её стороне и в автобусе есть ответственный взрослый, который в нужный момент будет знать, как поступить.
– Как только начались случаи лунатизма, я попыталась отследить, с кем это происходило и какие сны они видели, – возобновила свой рассказ Талия. – Я даже сделала карту. Но чёткой закономерности не заметила. Некоторые дети принимали тот или иной сон и ходили во сне, а другие, принимавшие тот же самый, – нет.
– Думаю, второй этап был пробой, чтобы убедиться, что всё, что она сделала со снами, сработало? – предположила Марен.
– Тсс, она смотрит в зеркало.
Талия откинулась на спинку сиденья, и Марен слегка качнулась, затем прислонилась головой к окну и захрапела. Подражая остальным детям, Амос забормотал про экскурсию:
– …такой классный день… не могу дождаться начала демонтажа!
– Что-что? – прошептала Марен себе под нос.
– Понятия не имею, – ответил Амос. – Это то, что только что сказал парень, сидящий через проход.
– Всё ясно, – сказала Талия, и Марен пожалела, что ей не пришло в голову надеть зеркальные солнцезащитные очки, как у Талии, чтобы незаметно открывать глаза. Как жаль, что у неё нет зеркальных очков. Они очень круто смотрелись на Талии, как и всё остальное.
– Как вы думаете, почему все говорят о демонтаже? – спросила Марен. – Это как-то связано с уроком декоративно-прикладного искусства? Или со взломом кода или сваркой?
– Честно говоря, понятия не имею, – ответила Талия. – Есть несколько кусочков пазла, для которых я ещё не нашла места. Но, думаю, скоро найду.
Марен подтолкнула жёлтую сумку к своим ногам, и та лязгнула. Анри вскрикнул. Она шикнула на него, чтобы он молчал, но никто не обратил на него внимания. Интересно, что они все видят во сне?
– Твой мобильник что-нибудь ловит? – спросил Амос, украдкой глядя на свой телефон, лежащий у него на коленях. Марен тоже вытащила телефон и покачала головой.
– Такое чувство, что мы уходим всё дальше и дальше от цивилизации.
